И вот теперь зверюга смотрел с умилением и надеждой, протягивая мне ошейник. Невыносимо хотелось бросить все и убежать - рыдать в подушку, но этот выворачивающий наизнанку душу взгляд... Не глядя чиркнув подпись в листке и подтвердив её кодом через визоры, шагнула вперед и застегнула металлическое кольцо на шее 'моего' кадавра, прижав палец к идентификатору. В визоре пискнуло сообщение о получении спецпакета, а на экране зажглась оранжевая точка на карте. Вот и стала я рабовладелицей...

Хотя по всем законам кадавр считается мне родным братом-близнецом, только недееспособным. Что значит - за любые его действия предстоит отвечать мне, и заботиться о нем обязана, как о собственном ближайшем родственнике. Впрочем, так оно и есть. Вяло подумала, что хотелось бы знать - ради такого подарка мамочка взяла без спросу мои клетки, или озаботилась вспомнить и разыскать 'папочку'?

И еще - кадавр, ставший моим, просто не сможет сделать что-либо, чего не хочется мне. Разлучить теперь нас может только смерть - в отличие от человека-близнеца, с кадавром не может разлучить и тюрьма. Даже в случае вынесения смертного приговора человеку, его откладывают до смерти кадавра. В свое время этот момент вызывал немалые опасения, но парочка весьма трагических происшествий склонили чашу весов в пользу гуманизма. Опасения, между прочим, были напрасными, быстро выяснилось, что наличие 'зеркала' очень сильно влияет на человека, делая его добрее и заставляя пересматривать давно сформировавшиеся взгляды на жизнь. Собственно из-за этого едва возникшая мода, моментально пошла на спад. Доброта и гуманизм, как известно, вредят бизнесу.

А если представить, что существо, которое чувствуешь как самого себя, и к которому привязываешься сильнее, чем к ребенку, проживет намного меньше тебя... Ведь даже без 'профессионального' риска, жили кадавры, хоть и больше своих предков-животных, но намного меньше человека.

Помню только вывод свой в реферате: 'Лично я - против подобных издевательств, и никогда не заведу себе кадавра, даже став миллионером!' Меня тогда высмеяли, а после изменения моды, даже хвалили. Все произошло как-то сразу. И вот результат - получите и распишитесь!

За всеми этими воспоминаниями, не глядя подмахнула 'отказ от претензий' за несвоевременную доставку, заслужив почти влюбленный взгляд посыльного - наверняка ему будет немалая премия за столь удачно провернутое соглашение - и проводила гостей.

И только после этого смогла взглянуть в глаза своей 'второй половинке', чтобы, обняв это мохнатое недоразумение, разрыдаться со словами - 'ну здравствуй, братик'.

***

Звонок Вика отвлек от страданий, когда без всякого аппетита я в одиночестве ужинала в столовой подогретым куриным бульоном. Во всяком случае, вкус вполне соответствовал, а уж из какой птицы его готовила Рысь, оставалось только гадать.

То есть про одиночество - это я по привычке. Просто Кроха вел себя на удивление тихо, пристроившись возле меня на подобии коврика. От еды отказываться не стал, но управился с ней за секунду и теперь тихонько урчал, ласкаясь о коленку.

– Диана, это Степан, да, Викинг, да.
– Голограмма зависла над столом, так как надевать визоры не хотелось. Просто вывела сразу изображение, чтобы и Кроха мог поглядеть. Но лохматый друг еще больше распластался по полу, видимо не желая влезать в мои дела, а может не хотел испугать рыжеволосого архитектора, который и без того запинался больше обычного.

– Здравствуйте, Вик, - я постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее.
– Что-то случилось?

– Нет, да, нет... То есть да, ничего особенного, да!
– насколько я могла судить, он как раз находился возле своего маяка, ветер развивал пряди рыжих волос.
– Просто хотел предложить, да.

– Что предложить?

Так и хотелось воскликнуть: 'Смелее! Да говори уже толком!'. Но, подавив зевок, смогла сдержаться.

– Да, Ди... Диана. Я вспомнил, что вы хотели поучиться сёрфу, да, серфингу, да...

– Конечно, до сих пор хочу.

– И вот... Да, это замечательный спорт, уверен, вам понравится. Да, понравится!

– Э-э. Я тоже так думаю.

– И вот, - глубокий вздох, словно перед прыжком в пустоту дал надежду, что я наконец услышу это самое предложение, - да, хочу вам предложить себя.

Парень вдруг покраснел и быстро поправился:

– Хочу предложить себя, в качестве инструктора, да, инструктора! Да.

Теперь мне с трудом удавалось не рассмеяться.

– Я очень рада, Вик.

– Вот завтра... в шесть утра, если не против. Да, если вы не против. Есть прекрасный уединенный пляж, да, совсем недалеко. Да, сам заеду на катере. Да, сам.

– Хорошо, Вик, я согласна.

– Пляж, да. Очень уединенный. Немного опасный. Да. И если согласитесь...

– Да, да, Вик, хорошо, согласна, - повторила более внятно.

– А, понял, Да, понял. До завтра. Да, до завтра, Диана!

– Счастливо, Вик.

Как только голограмма погасла, Кроха навострил уши и требовательно уставился на меня.