Что, кстати, к лучшему, поскольку на данный момент всё зависело от таинственного Серёженьки, а не от меня. Будут на руках все билеты и документы – будем говорить предметно. А пока всё уходило бы в пустопорожнюю болтовню. Я присел на диване, закрыл глаза и вспомнил, как мало сегодня спал. Может, удастся урвать ещё часок, пока девчонки дружно терзают бесполезными вопросами не меня…

Прямого рейса Саратов – Подгорица не было, мы добирались через Москву. Самой русской столицы я так толком и не видел, Сильвия заняла место у иллюминатора и весь полёт сидела с вытаращенными глазами, постоянно выпрашивая у стюардесс то конфетки, то водичку, то салфетки, то выпивку. В алкоголе ей вежливо отказывали, на внутренних рейсах эконом-класса это не положено. Конфет в конце концов принесли целое блюдо, и бледная графиня их не сосала, а грызла, как орехи. Раньше я не знал, что она так боится высоты.

Хотя этот страх бывает, и нередко, черногорцы преспокойно прыгают по пастушьим тропам на головокружительных вершинах, над самыми страшными обрывами и пропастями, но страх высоты в самолёте – совсем иное дело. Там ты стоишь обеими ногами на твёрдой земле и хоть что-то решаешь сам, а здесь… Здесь уже ничего не зависит от тебя лично, ты всего лишь вверяешь свою жизнь совершенно постороннему человеку и столь же незнакомой тебе технике. Я вполне представлял себе принцип движения самолёта в воздухе, проблемы взлёта и посадки, но так же чётко знал, что железка есть железка, даже если она летает.

Поэтому страх Сильвии, как и некоторых других пассажиров, вполне понимал. Быть может, я был единственным на борту, кто совершенно не боялся смерти. Просто потому что знал, что будет, если… Боли почувствовать не успею, как и перехода из живого состояния в неживое. А потом за мной придут и заберут в Свет, как приходили за Посланником. Это не страшно.

Рита и Вик сидели позади нас, как я помню, всю дорогу молча. Он что-то читал, она просто спала, укрывшись синим аэрофлотовским пледом. Садились ровно, самолёт практически не трясло, и приземление было настолько мягким, словно бы я спрыгнул на пол с табуретки. Рыжая герцогиня ойкнула и чуть не подавилась последней конфеткой, на подносе перед ней подпрыгнула целая куча разноцветных фантиков. Я даже не улыбнулся. Бедняжке и так досталось сегодня и ещё достанется, рейс на Черногорию примерно через четыре часа.

Ещё позавчера мы не знали, когда будут готовы наши бумаги. Викентий поднял всех на ноги ранним утром, чемоданы паковались в дикой спешке, двуствольный пистолет Сильвии пришлось разобрать на запчасти и рассовать в разные сумки, всем понемногу. Сами загранпаспорта нам передали уже в саратовском аэропорту. Кто бы ни был этот таинственный Серёженька, но своё дело он знал. Регистрацию проходили по одному. Мне не позволили взять ножи в салон, но сунуть в дорожный баул и сдать его в багаж – ради бога!

Из самолёта вышли дружно, правда, герцогиня скорее висела на мне, для виду перебирая ногами. Дождавшись получения своих сумок и чемоданов, мы довольно быстро перешли из одного здания аэровокзала в другое, а там, пройдя регистрацию загодя, уселись выпить кофе перед новым вылетом. Хвоста, погони или слежки я не заметил. Зомби, вампиры, их слуги и кто бы то ни был нас не преследовали, хотя что-то подсказывало мне, что во второй раз гостеприимная «Богемия» откажет нам в номерах. Что ж, по совести говоря, мы действительно были не самые приятные постояльцы…

– Я трезвой больше не полечу. Налейте мне, много.

– Сильвия, ты что, боишься? – пыталась трунить над ней Рита. – Но это же совсем не страшно, поверь! Знаешь, сколько самолётов находится в воздухе каждую минуту? Вот по всему миру? Ты не поверишь, тысячи и…

– Не поверю, – отрезала Сильвия. – Напьюсь, и пусть меня вырвет…

Вик молча поправил тёмные очки, прошёл к барной стойке и вернулся с открытой бутылкой тёмного бакарди.

– Самое то! – Герцогиня сделала большой глоток прямо из горла. – Уй-ё… пробирает аж до кишок. Ритка, тебе налить? Хотя ты в прошлый раз так набралась мартини…

– Я заказал тебе капучино. – Вампир мягко положил руку на плечо вспыхнувшей подруги.

– Моцарт, какие у нас планы в Черногории? Ну то есть какие планы у вашей светлости, мне известно, поведайте нам о наших планах.

– Развлекайтесь, – пожал я плечами. – Купайтесь в море, ходите по горам, закажите плескавицу, свежую рыбу, попробуйте черногорские вина. Думаю, Сильвия охотно покажет вам город.

– Кабаки, базары, притоны и все места, где можно весело провести время, – важно подтвердила рыжая герцогиня. – В каких-то кварталах вас напоят и обдерут до нитки, в каких-то предварительно зарежут, а уж избить вообще могут, где захотят. Но во всём прочем Будва – чудесный городок, а черногорцы очень гостеприимны!

– Мы так и поняли, – закашлялась Рита, взглядом ища у меня поддержки.

Я вздохнул, подумал и понял, что по чести мне сейчас нечем её утешить. Та Будва, которую я знал, была именно такой, какой её описала Сильвия. В отличие от меня, она выросла в этой дикой стране, среди этих суровых людей, по-своему очень честных, неподкупных и благородных, но никогда не расстающихся с оружием и без долгих размышлений пускающих его в ход.

В огне постоянной войны между турками, албанскими мусульманами и католической Европой они бы просто иначе не выжили и не сохранили свой уклад, веру, культуру, самобытность. Я любил Черногорию, как за эти несколько дней полюбил и Россию. Теперь моё сердце разделяли две страны, как две девушки, и каждая была по-своему дорога…