— Почти готово, — произнес с одобрением Люк. — Осторожнее. Так, еще немного. Хорошо, По. Давай.

Руки По двигались быстро и уверенно, когда он работал крошечными кусачками с клубком проводов. Пальцы Люка так же ловко разматывали серебристую спираль. Мгновение спустя оба выпрямились и довольно заулыбались.

— У тебя отличные руки, парень, — похвалил Люк.

Мальчик просиял.

Мэдди не могла поверить своим глазам:

— Это… бомба?

— Конечно нет. Что за вопрос? — рассмеялся Люк, посмотрев на нее своими глазами цвета янтаря. По ее телу словно пробежал электрический разряд. — Это импровизированный детонационный механизм, присоединенный к тостеру.

Мэдди открыла рот, но не смогла произнести ни звука.

— Люк сделал так, чтобы тост сгорел, если мы не сломаем детонатор, — объяснил ей По.

— Что делает в тостере бумажник? — строго спросила она.

Мальчик тут же принялся рассматривать узор линолеума. Маделин подавила стон разочарования:

— По, чей это бумажник?

— Джейка, — ответил Люк. — По взял его сегодня утром у него, а я у По. Я обещал ничего не говорить брату, если он положит бумажник туда, где взял. Проблема заключалась в том, что после того, как я положил бумажник в тостер, у нашего юного друга была всего минута, чтобы вывести из строя детонатор. Не справься он вовремя, бумажник бы подпалился и Джейк бы это заметил.

«Какой странный воспитательный метод».

— Вам не кажется, что учить ребенка собирать и разбирать детонационный механизм для бомбы неправильно? — произнесла Мэдди с осуждением.

— Возможно, при обычных обстоятельствах это и было бы неправильно, — ответил Люк таким же мягким тоном, каким разговаривал до этого с По. Если минуту назад она была очарована, то теперь ей хотелось придушить Люка. — По карманник. Работа, где нужны крепкие нервы и ловкость рук, — естественное для него продвижение.

— Как только можно работу по обезвреживанию бомб называть продвижением? — возмутилась Мэдди.

— По крайней мере, она не противозаконна.

— Вы упоминали о том, какая страшная смерть ждет взрывотехника, если он напортачит?

— Да, — ответил Люк. — Я за то, чтобы быть честным с самого начала.

— У вас много качеств, достойных восхищения, Люк Беннетт. Жаль, что об остальных ваших качествах так нельзя сказать.

— Это жестоко, — пробормотал он без капли раскаяния. — Прости, парень, — обратился он к По. — Урок отменяется. Полагаю, тебе следует всерьез задуматься над тем, готов ли ты жить по правилам моего брата. Поверь мне на слово: второго шанса у тебя не будет. Если тебе нужны легкие деньги, продолжай обчищать карманы. Тогда, когда ты вырастешь, тебе, возможно, удастся присоединиться к настоящим ворам и стать инвестиционным банкиром. Кроме того, ты можешь выбрать путь наименьшего сопротивления и прибегнуть к проверенному временем способу — жениться на состоятельной даме. Такое бывает сплошь и рядом.

Мэдди поняла его намек.

— Теперь я знаю, почему вашему брату доставляет удовольствие избивать вас до полусмерти, — пробормотала она.

— Пытаться, — поправил ее Люк. — Ему нравится пытаться избивать меня до полусмерти. Это разные вещи.

— По, ты не мог бы ненадолго нас оставить, — обратилась Маделин к мальчику.

— Могу я взять бумажник? — спросил тот.

— Позже, — ответил Люк. — Если ты украдешь у Джейка что-нибудь еще, я заставлю тебя чистить зубной щеткой входную дверь.

Улыбнувшись, мальчик покинул кухню.

— Ваша комната заперта? — мягко спросила Маделин.

Выругавшись, Люк направился к двери.

— Оставайтесь здесь, — обратился он к Мэдди, указав ей на стол. — Посторожите это, пока я отведу По в зал для кикбоксинга.

— Кажется, ваши мозги включились, — пробормотала Мэдди. — Это замечательно.

— Было бы лучше, если бы вы замолчали.

Она послала ему воздушный поцелуй:

— Так лучше?

— Нет.

Мэдди сочувственно улыбнулась.

Только когда Люк Беннетт скрылся из вида, она уступила своему любопытству и начала изучать механизм на столе. Через пять минут она поняла его простое устройство.

— Вам следовало спросить разрешения, прежде чем начинать играть в мужские игрушки, — послышался за ее спиной бархатный голос. — Они могут оказаться опасными.

Люк. Много мускулов и мало мозгов.

— Что будет, если я перережу этот провод? — спросила она.

— Ничего.

— А как насчет этого?

— Перережьте его, и жизнь станет интересной, — произнес он. — Джейк сказал, что вы с ним просто друзья.

Маделин решила, что лучше сразу посмотреть в лицо опасности, чтобы знать, когда нужно ретироваться. Этот урок, полученный вовсе не в элитной швейцарской школе, она усвоила на всю жизнь.

— Считаете неправильным уводить чужих женщин? Какая щепетильность. — Повернувшись, она встретилась взглядом с Люком Беннеттом. — Джейк прав. Я считаю его своим другом. Я рад, что он тоже считает меня своим другом.

— Вы знаете, какого он мнения о вас как о друге? — Люк поднял черную бровь.

— Ваш брат не из тех, кого можно назвать открытой книгой, — с улыбкой ответила Маделин. Ей жаль женщину, которая решила связать свою жизнь с Джейком Беннеттом. Искренне жаль. — Он скуп на улыбки. В отличие от вас, — добавила она.