Ну что ж, значит, у него есть небольшое преимущество.

 Нет! Очень большое! Ведь она даже не подозревает, что он готов ко всему. Она думает, что его привела сюда похоть, надежда на секс и потому будет сейчас охмурять. И возможно даже, попытается затащить его в постель — в то место, где так хорошо развязываются языки, без всяких экзекуций и хитрых ходов.

 Она вошла в комнату в брюках до колен, в обтяжку, в легкой блузке с хорошим декольте, с уложенными волосами.

 - Налей себе выпить, — кивнула на бар. — А я займусь курицей.

 - Подожди. Может, не стоит возиться? Что–нибудь попроще, а?

 Она пожала плечами.

 - Ну, собачатины у меня нет.

 Коза!

 - Есть соевая колбаса, огурцы, яйца, брусничный джем…

 - Отлично! Ты поджаришь яичницу с колбасой.

 - Хм! — она пожала плечами, поморщилась, но не стала возражать.

 Он следом за ней прошел в кухню, уселся на табурет, наблюдал как она режет сероватую колбасу, разбивает на сковородку яйца, солит, перчит. Любовался ее тонкими голенями, аккуратной попкой, и тем, как она сосродоточенно и проворно сворачивает яичницу в рулет.

 - Джессика… — произнес Кит.

 - А? — она отставила сковородку, включила чайник.

 - А как тебя зовут на самом деле? — спросил он.

 Она повернулась, посмотрела на него странно, спросила:

 - То есть?

 - Ну–у, — он вальяжно забросил ногу на ногу, подпер подбородок кулаком, смерил ее ироничным взглядом, — Джессика — это же… как там его… агентурный псевдоним?

 Какие мысли пронеслись в ее симпатичной головке за те несколько секунд, пока она недоуменно смотрела на него?

 «Мечта разведки» сказал про нее Эрджили… Ну, в общем–то, она ничем не выдала своего замешательства.

 - Ты о чем? — спросила с легким удивлением, поправляя челку.

 - Если бы ты не приходила к Хилманам, я бы еще сомневался, — сказал Кит, как бы рассуждая сам с собой. — Даже не смотря на твой утренний телефонный разговор и мой паспорт.

 - Кит! — Джесс села на табурет напротив, забыв про яичницу, тревожно глядя на него. — Ты о чем говоришь?!

 Это прозвучало так естественно, так неподдельно тревожно и непонимающе, что он готов был поверить, будто ошибается на ее счет. Актриса!

 - Куда вы дели Эрджили? — это он произнес уже жестко, на полном серьезе.

 Она непонимающе покачала головой…

 Сидит на табурете хрупкая, красивая, — ну очень красивая, на его вкус, — девочка, полуоткрыв ротик, уставя на него непонимающие зеленые глаза, вопросительно подняв бровки… Вся такая… Ее бы взять сейчас на руки и унести в спальню…

 А она — агент корпорации, мечта разведки.

 Сучка!

 - Джесс, мне очень жаль, что все так вышло, — сказал он, действительно чертовски жалея. — Я ничего не имею против тебя, я даже… Я бы… Но есть еще мама, маленькая Джессика Хилман, другие, ни в чем не повинные, люди… Поэтому я буду задавать тебе неприятные вопросы, а ты будешь на них отвечать. Честно отвечать и полно. Иначе… Я бы не хотел думать о том, что будет в противном случае.

 Она снова помотала головой, будто отгоняя назойливое видение. Потом вдруг взвизгнула, вскочила, схватилась за сковородку, на которой, злобно шкворчал яичный рулет.

 - Так, — сказала через минуту. — Это несъедобно. Сделаем еще одну попытку.

 Достала остатки колбасы, принялась кромсать. И никакого видимого волнения — только недоумевающая задумчивость. Молодец!

 - Когда я ночевал у тебя, я слышал твой разговор по телефону, незадолго до того, как ты меня разбудила.

 Кажется, он уже просто шел на принцип: выбить ее из колеи, заставить занервничать, сорваться, потерять ту маску, которую она на себя напялила.

 - А… — она разбила в колбасу новую порцию яиц, убавила огонь.

 - Тебе не кажется, что ты должна мне кое–что объяснить?

 - Мне кажется, я тебе ничего не должна, — усмехнулась она, старательно сворачивая рулет. — Блин, пора менять сковородку…

 - Фрэнк Тичер… Ну, в общем, хозяин этой квартиры, он тебе кто?

 - Фрэнк Читтер. Отец. Он умер год назад.

 - Кхм… — Кит не знал, что сказать. — Извини, я…

 - Да ты спрашивай, спрашивай, — небрежно бросила она, снимая сковородку с огня.

 Но Эрджили не мог ошибаться!

 - А Вулф — это фамилия по мужу?

 - Да, — неохотно произнесла она и усмехнулась. — Мы прожили вместе всего–то два дня. А фамилия осталась на всю жизнь. Давно хочу вернуть родную, но все никак не соберусь. Да и привыкла уже как–то.

 - Где Эрджили?

 - Я не знаю, — она разделила рулет, разложила куски по тарелкам, поставила на стол, села напротив. — Ешь.

 - Я правда не знаю! — добавила она в ответ на долгий взгляд Кита. — Он просто не вышел на связь и все.