Во всяком случае, пока я не испытывал никаких желаний.

– Посвятить в замысел?… - Я закурил и посмотрел в сторону океана.
– Должен сказать, что замысел имеется только в самых общих чертах. Точнее говоря, я знаю, какой цели нужно достичь и с чего следует начать. А там уже видно будет, как все пойдет. И поэтому нам предстоит оперативно менять направление своих действий в соответствии с открывающимися возможностями. То есть - действовать по обстоятельствам.

Все слушали меня молча.

Я обвел взглядом присутствующих и поинтересовался:

– Я доступно излагаю?

Маргарита, едва заметно улыбнувшись, кивнула, и я едва удержался от того, чтобы не начать ее воспитание прямо здесь и сейчас.

Дождется она у меня. Точно.

У остальных вопросов не было. Я продолжил свое выступление:

– Основной целью наших совместных действий является обнаружение некоего Генриха Мюллера и выяснение степени его защищенности. После того, как эта задача будет выполнена, все присутствующие, кроме меня, Кости, Вадика и Риты, отправляются на Гавайи и сидят там тихонечко, наслаждаясь солнцем, воздухом и водой.

Алеша нахмурился, соображая, потом посмотрел на меня и спросил:

– Это значит, что ты попросту хочешь избавиться от меня и от Алены?

– Совершенно верно, - твердо ответил я, - ты понял меня правильно.

– Но почему же так?
– с обидой спросил Алеша.
– Чем же мы тебе не угодили?

– Видишь ли, Алеша, - помедлив, ответил я, - из всех присутствующих именно вы с Аленой представляете для меня наибольшую ценность. А говоря проще - вы мне слишком дороги, чтобы я позволил себе втянуть вас в такие события, где вас могут попросту убить. Понял?

– Понял, - сказал Алеша, - но ведь мы уже бывали в таких ситуациях, ты же отлично знаешь об этом.

– Бывали, говоришь? Это точно, бывали. Но только в каком качестве? Не помнишь? Так я тебе напомню. Вы подвергались смертельной опасности и, так сказать, прошли испытание. Все верно. Но вы были заложниками, и, кроме геморроя, я ничего с этого не имел. И был вынужден подставлять под пули людей, чтобы вытащить вас. Может быть, ты посчитаешь, во сколько жизней обошлась ваша с Аленой свобода? Ну-ка, скажи мне, сколько трупов осталось в Самаре и в Казани. Давай, я жду.

Алеша набычился и замолчал.

Понятное дело, тут ему сказать было нечего. Но на его лице ясно читалось, что он, несмотря ни на что, остается при своем мнении.

– Мы с тобой еще поговорим о том, чего тебе следует желать, а от чего нужно держаться как можно дальше, - многообещающе сказал я.

Алеша замолчал, и, решив, что он угомонился хотя бы на некоторое время, я продолжил разговор: - Значит, так. Нас интересует господин Генрих Мюллер. Костя, расскажи о нем вкратце.

Костя кивнул и почесал без запинки, будто читал текст с монитора компьютера:

– Генрих Мюллер, сорока двух лет, родился в Иоганнесбурге, окончил Гарвард, владеет несколькими алмазными копями и золотыми приисками в Южной Африке, предполагаемый капитал - девяносто миллиардов долларов, причастен к перевороту в Зимбабве, связан с неофашистами в Германии и Испании, поддерживает апартеид, два недоказанных убийства, подкуп государственных чиновников, был в Москве во время путча, имеет склонность к черным девственницам не старше двенадцати лет, собственный госпиталь, доля в компании «Макинтош»…

Я слушал его и восхищался.

Ну, блин, и память у парня! Понятное дело, их там, в федеральной конторе, специально обучали, тренировали память, да и вообще, я, конечно же, слышал о специальных методах запоминания, но все равно это производило неслабое впечатление.

Отбарабанив все, что было у него в голове по Мюллеру, Костя замолчал и посмотрел на меня.

Я кивнул и сказал:

– Вот такой парень этот Мюллер. Внешне - типичный арийский симпатяга. Хороший рост, соответствующая осанка, энергичный, худощавый, загорелый, белобрысый, в общем - белокурая бестия. Мечта любой Гретхен или Марты.

– Я хочу встретиться с ним, - низким голосом простонала Маргарита, - ты так его описал…

– Встретишься, будь уверена, - пообещал я, - но только Костя не сказал всего.

– Он импотент?
– ужаснулась Маргарита, и я вдруг вспомнил Наташу.

Что- то у них было общее. Что-то такое… Я повернулся к Косте и сказал:

– Костя, я вполне тебе доверяю и уверен в том, что люди, которых ты привел, тоже заслуживают доверия. Я ни минуты не сомневаюсь в правдивости информации, касающейся Маргариты. Но ты не сказал мне, откуда ты знаешь эту маньячку?