Стоя у зеркала, Дебра дрожащими руками расчесывала волосы. На душе было муторно. Бояться нечего! — твердила она себе, но тоска подкатывала к сердцу. Ну зачем я напялила бархатный брючный костюм?! — спрашивала она себя, глядя в зеркало почти с неприязнью. Линда всегда такая элегантная, такая женственная… Надо было надеть платье! А переодеваться поздно…

Впрочем, соперничать с Линдой — напрасный труд. Положив щетку, Дебра наклонилась к зеркалу смахнуть со щеки ресницу. Сейчас щеки у нее были теплые, с нежным румянцем, подчеркивающим влажную ясность глаз… И рот необычно яркий: как ни старайся, сразу видно — только что занималась любовью.

Энтони… Сердце тревожно забилось. Господи, ну почему она не призналась ему во всем, когда он обнаружил таблетки?! Ведь могла! Но не захотела. И что теперь делать?! Трястись от страха, что Линда одним небрежно брошенным словом разрушит старательно созданную ею иллюзию.

Дебра перевела дыхание, выпрямилась и еще раз оглядела себя. Внизу ждет Линда… Судя по обалдевшему виду «подруги», для нее это был не слишком приятный сюрприз. Дебра — тихая, скромная, хрупкая Дебра — и вдруг с томными глазами, довольная как кошка, в постели с мужчиной! И с каким мужчиной!

Энтони… Стоит подумать о нем — и сердце набирает обороты. Как ни странно, но Энтони довольно спокойно отнесся к появлению свояченицы. Впрочем, что ему волноваться? Ведь он не знает того, что знает о ней Линда, и поэтому поведение свояченицы показалось ему откровенно нелепым. Он нарочно дразнил ее: не отпускал Дебру от себя, обнимал — словом, всячески выставлял напоказ их близость.

А Линда позеленела от зависти, шея налилась кровью, глаза сузились злобой… Однако не спросила, кто такой Энтони и что он здесь делает, а повернулась и вышла, бросив через плечо, что ждет Дебру внизу.

За окном вовсю светило солнце, но Дебру знобило. Интуиция подсказывала: приезд Линды не сулит ей ничего хорошего. Тем более что Линда пребывает в таком злобном состоянии. Она терпеть не может, когда над ней посмеиваются, а Энтони в этом преуспел…

Распахнулась дверь, и вошел Энтони — в черных джинсах, ослепительно белой рубашке и черном замшевом жилете… Если Дебра сомневалась в уместности своего наряда, то костюм Энтони подчеркивал его мужскую красоту. Темные волосы причесаны, лицо гладко выбрито… Ну просто герой-любовник!

Энтони плотно закрыл дверь и, пристально глядя ей в глаза, сказал коротко и веско:

— Есть разговор.

— Прямо сейчас? Я… но… мне нужно идти вниз, — заволновалась Дебра. — А то Линда подумает, что мы тут… Господи, ну почему она приехала?!

— Хочешь скажу, зачем приехала эта сучка?

— Хочу. А откуда ты знаешь? — удивилась Дебра.

— Мне ли не знать! Ведь это я ее вызвал. — И пока Дебра, вытаращив глаза, переваривала его слова, скороговоркой добавил: — Вчера. Когда покупал сигары.

— Ты?! — Дебра потрясла головой, словно хотела рассеять туман в ней. — Ты ее вызвал? — тупо повторила она. — Как?!

— Отправил телеграмму по телефону.

— Зачем?!

Энтони засунул руки в карманы джинсов и поморщился, как от зубной боли.

— Конечно, я не должен был делать это тайком от тебя, — с виноватым видом пробормотал он. — Но я беспокоился о тебе. — Ты была такая… Черт! — Он провел ладонью по волосам. — Откуда я мог знать, что ты… Если бы я знал… — Он замолк и шагнул к ней, а она отступила и уперлась бедром в край туалетного столика. — Дебра… — Он обнял ее за плечи. — Ну не смотри ты на меня так! Я и сам себя казню… Но ты меня так напугала своим обмороком!.. — Он нежно заглянул ей в глаза. — Понимаешь, я подумал, вдруг это я виноват… Только когда ты сказала… когда я нашел таблетки…

— Не надо! Энтони, прошу тебя! — От сознания, что она все время ему лгала, она похолодела. Надо сказать ему правду. Но как?! Где найти нужные слова? — Нам пора идти вниз.

— Дебра… — голос у него дрогнул, — прежде чем мы пойдем к этой стерве, нам нужно выяснить отношения. Я люблю тебя. Надеюсь, теперь ты в этом не сомневаешься? А ты любишь меня. Обещай, что станешь моей женой. Не дай Линде все испоганить. Не забывай, ведь это она тебя сюда прислала. А до чего она довела Генри?! Не позволяй ей нас поссорить! Она наверняка станет восстанавливать тебя против меня. Черт! Все так запуталось! Обещай, что ты…

— Энтони… — прервала его она. — Энтони, ты сам не понимаешь, что говоришь.

— Все я понимаю! — Он еще крепче обнял ее за плечи, и у его рта легли две горькие складки. — Дебра, ну как мне убедить тебя? Я не богат, но и не беден. Голодать нам не придется… Не хочешь жить в Испании, не надо. Найду работу в Англии. — У него потеплели глаза. — Знаешь, а донна Долорес наверняка тебя полюбит. Так ты станешь моей женой?

— Нет! Энтони, я не могу стать твоей женой!

— Как это «не могу»? — изменившись в лице, спросил он. — Почему?!