Что-то рвануло шапку, в сторону отлетел клок меха. Иван мгновенно сообразил, что в него стреляли из старинного порохового оружия. А мгновение спустя услышал звук выстрела. Он схватился за голову и рухнул в снег, прячась за вовремя подвернувшимся деревом-кустом. Вся усталость мгновенно ушла, смытая всплеском адреналина. Ползти по глубокому снегу было очень тяжело, но де Берг справился, обогнув дерево и прячась за льдистым гребнем, созданным ветром. Теперь оставалось только ждать. Либо наступления полной темноты, либо того, кто стрелял в него…

Десять минут. Пятнадцать… Даже сквозь неумолчный вой стихии скрип уминаемого подошвами снега был слышен далеко. Вот он приблизился вплотную, затих, будто убийца осматривался. Все верно. Здесь упала его жертва. И где же она? Скатилась под откос? Де Берг осторожно выглянул из-за своего укрытия. Стрелок оказался невысоким, одетым в бесформенную меховую шубу с капюшоном. В руках, одетых в обычные кожаные перчатки, длинноствольное магазинное ружье. Или винтовка. Не суть важно.

Стрелок стоял и осматривался, приложив к глазам снятый с оружия прицел. Похоже, что неизвестный сильно увлекся. Во всяком случае, того, как Император покинул свое укрытие, неизвестный не засек. Иван подошел почти вплотную, когда несостоявшийся убийца наконец что-то почувствовал и резко развернулся, вскидывая оружие. Но — поздно. Одним движением де Берг перехватил ствол и вывернул винтовку из рук противника. Тот отступил на шаг назад, на мгновение замер, потом дико закричал нечто неразборчивое, выхватывая нож, и попытался прыгнуть на Императора.

Окованный металлом приклад ударил врага в грудь, тот охнул, зашатался и упал. Сугроб под ним обвалился, и тело закувыркалось вниз по склону. Капюшон свалился с головы, обнажая ее, и длинные волосы цвета древесного пепла показались в сумеречном свете. Острое ухо… Фэлла! Темная фэлла! Откуда она тут?! Иван не верил своим глазам.

Между тем напавшая на него женщина неподвижно лежала внизу, неестественно вывернув левую руку. Де Берг заколебался — бросить ее здесь? Одним врагом будет меньше. Слабое утешение, но тем не менее… Затем негромко выругался — мало ему тех, кто умер, когда он только начинал строить Империю? И заскользил к распростертому телу.

Действительно фэлла. Совсем молодая по их меркам, вряд ли старше пятидесяти лет. Значит, в переводе на человеческий возраст около восемнадцати-девятнадцати. Соплячка, одним словом. Кажется, руку вывихнула. Что же делать? Бросить здесь, сделать вид, что ничего не произошло, и уйти, или… Темные боги! Выругавшись, Иван забросил легкое тело на плечо, затем, шипя от злости, начал вновь взбираться на крутой склон…

И снова, шаг за шагом, проваливаясь в снег, навстречу пронзительно воющему ветру.

Уже вышла третья луна, когда он, отдуваясь, ввалился в горную хижину. Опустил свою ношу на выложенный плетенными из тростника циновками пол, осмотрелся. К счастью, нашлось кресало, и после пары попыток факел вспыхнул, осветив помещение.

Печка, сложенная из плит курамита, камня, почти мгновенно нагревающегося, но зато долго отдающего тепло. Нехитрая утварь — пара кастрюль, чайник. В углу — сложенные под потолок мелко наколотые дрова. Невысокая лежанка, пара грубо сделанных стульев…

Де Берг смахнул с лица выступивший пот, откашлялся. Все-таки он болен. Усталость Прогноста. Так что времени у него не так и много. Второй попытки не будет. Во всяком случае — для него… Поднял фэллу с промерзшего пола, уложил на лежанку, потом открыл дверку печи, набросал щепы из ящика, стоящего возле очага, сверху положил самые тонкие поленья, сунул туда факел. Пламя почти мгновенно охватило щепки, затем перекинулось на дрова, загудело. Курамит начал нагреваться, и через несколько минут де Берг почувствовал ровное тепло, источаемое печью.

Тело начало покалывать, а глаза сами стали смыкаться. Тряхнув головой, он попытался отогнать сон. Не получалось. Помедлив, подхватил одну из кастрюль, распахнул дверь хижины. Мгновенно ледяной ветер прогнал дремоту. Иван набил снегом тару, вернулся обратно, водрузил кастрюлю на печь, вновь подкинул дров…

Через несколько минут покалывание и зуд прекратились — тело начало согреваться. Он сбросил куртку, подошел к лежанке. Фэлла по-прежнему лежала без движения, но ее грудь едва заметно вздымалась в такт редкому дыханию. Сильными пальцами Иван ощупал ее плечо — девчонке повезло. Вывих. Это не проблема. И хорошо, что девчонка без сознания. Примерился, дернул. Она охнула, но так и не пришла в себя. Это хорошо.

Иван осмотрелся — заметил на стене нечто вроде мешка. Выдернул у фэллы из мехового сапога нож, отхватил полосу грубой ткани, начал накладывать фиксирующую повязку. Прямо поверх толстого свитера, надетого на ней. Едва закончил, как в кастрюле, стоящей на печи, забулькала вода. Подошел поближе — маловато. Надо еще.

Не одеваясь, снова выскочил наружу, набрал снега, добавил в кипяток… Вот что значит экология! Отсутствие производства и девственная природа. Вода была абсолютно чистой, даже без обычных крупиц мусора.