Кулак Аоры начал движение, и Михаил бросился к сцепившимся девчонкам. Он едва успел схватить жену сзади, не дав ей совершить непоправимое. Аора действительно легко могла убить эту чуканку, поскольку прошла курс гипнообучения рукопашному бою вместе с бывшими рабынями, ставшими сейчас личной гвардией Императора. И, несмотря на юный возраст, удар тайхотсу-полукровки был бы действительно смертельным для ее противницы.

— Остановись! Жена!..

Мальчик стащил ее с тела чуканки, которая затихла, расширенными глазами глядя на них обоих. Выдержав ее взгляд, мальчик поспешил успокоить Аору:

— Хватит, милая. Она ничего не понимает. Не надо…

Ласково погладил девочку по бархатной щечке, заглянул в ее наполненные гневом, широко распахнутые глаза. Понемногу юная супруга стала успокаиваться, потом взглянула на по-прежнему лежащую на полу чуканку. Та отвернулась. Тогда Аора буркнула:

— Ну ее, дуру! Чокнутая какая-то. Ничего не знает, а туда же лезет!

— Правильно. Не хочет с нами дружить — пусть живет одна, — согласился Михаил, взял Аору за руку, открыл дверь своей комнаты. Не оборачиваясь, бросил: — Спать тебе все равно в этой комнате. Или можешь, если есть желание, жить на коврике у входа!

Дверь щелкнула, закрываясь. Чуканка в бессильной злобе посмотрела вслед, потом сунула в рот кулак, укусила что есть силы. Брызнула кровь, и Иала твердо произнесла:

— Клянусь, я отомщу! Люто отомщу! Своей кровью клянусь!..

— На обеих?! Но как это возможно? — Сестры переглянулись, не веря услышанному. — Император велел Марку жениться на нас обеих. Что скажут люди?! Или в Империи разрешено многоженство?

Аэлла справилась с замешательством первая, тихо вздохнула:

— А мне все равно, что скажут другие. Главное, что я стану его женой.

— Я тоже… — эхом откликнулась Уира. — Он любит нас обеих. Его сюзерен приказал не делать выбора. Значит…

Старшая сестра радостно закончила:

— …поскольку мы являемся теперь подданными Империи, то приказ Императора для нас тоже закон!..

Иван забыл обо всех невзгодах и неприятностях, когда увидел, как лицо Ююки озарила счастливая улыбка при виде его, спешащего навстречу. Он раскрыл объятия, и молодая женщина бросилась к нему со всех ног…

Короб взглянул на Рэй, непривычно выглядевшую в мундире. Ее лицо стало тверже, словно вместе с формой в женщину вставили стальной стержень. Воля, честь, упорство, достоинство — вот основные принципы Империи. И все их теперь можно было увидеть на лице генерал-интенданта Делмо. Тарго протянул руку, накрыл своей ладонью ее пальцы, сжимающие подлокотник кресла. Они слабо вздрогнули, и мужчина склонился к своей спутнице:

— Нервничаешь?

— Да… Я знала де Берга много лет, и раньше он не был способен на то, что творит сейчас.

— Верю.

Тарго чуть прищурил глаза, а Рэй вздохнула:

— Иногда, услышав о его делах, я думаю: человек ли он?

— Человек? Император — не человек! Он выше!

— Ты…

Женщина со страхом взглянула на Тарго. Глаза ее спутника горели фанатичным огнем, а лицо словно закаменело.

— Император — выше простого человека! — повторил он, затем вновь чуть сжал ее пальцы: — И ты убедишься в этом сама, когда встретишься с ним лично.

Рэй ахнула про себя: кем же стал тот самый Иван де Берг, с которым она когда-то дружила? Кем? Если те, кто служат ему, были настоящими фанатиками, готовыми на все ради своего Императора?..

Ветер был пронзительным и вымораживающим тепло тела. Особенно на вершинах гор, по которым пришлось брести. Одна за другой острые вершины вздымались перед ним, преграждая путь к Долине Забвения. Не спасала ни теплая одежда, ни меховая обувь, оставалось лишь ощущение, что промерзают даже кости скелета.

Стиснув зубы, Иван брел по снежной целине, с трудом вытаскивая ноги из ям, пробитых в уже начавшем образовываться насте. Шаг за шагом. Вверх, потом вниз. По редколесью, состоящему из раскидистых низких деревьев, покрытых хвоей и чем-то напоминающих сосны. Иногда он сверялся с компасом, полученным от Указующего. Филигранной работы стрелка показывала направление к цели.

Выбрав ориентир, Император двигался к нему, снова и снова бороздя снежную целину. Начало смеркаться. Впрочем, сумерки будут еще долгими, прежде чем окончательно стемнеет. Но до темноты, если память не обманывала, за той горой его должна ждать хижина, в которой можно будет переночевать и отдохнуть. Она построена для таких же Ищущих, как он сам. В ней — обычная печка, вода, запас пищи и дров. После того как де Берг отоспится, он двинется дальше и на второй день должен будет оказаться в Долине, где придется провести некоторое время, чтобы дождаться Ритуала, на котором и определится его дальнейшая судьба…