Так-так, ясно. Я не разглядел.

Это люди. Боевики в чёрной форме, лица закрыты масками. Они спускаются со стен окрестных домов, словно пауки. Не знаю, кто такие, но явно азиаты — маленькие, щуплые, низкорослые. Их немного — всего-то четверо. Лихо же эти лилипуты разделались с десятком японцев, даже не приближаясь. Кажется, мне будет сложновато.

— Ну что ж, — огорчается голос из тьмы. — Если вы не идёте ко мне, то я иду к вам.

Я уже догадываюсь, кого увижу. Вне сомнений, тот самый тип из «Лебенсборна».

Обладатель голоса выходит под цвет красного фонаря с иероглифом. Фигура в сером плаще, такой же шляпе. Моё спокойствие разлетается вдребезги. Я подношу ладони к лицу, протираю глаза. Этого не может быть. ПРОСТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ. Оглядываюсь на девушку. Ольга переводит взгляд — с незнакомца на меня. У неё мелко дрожат губы.

— Что это такое?

О… КАК БЫ Я САМ СЕЙЧАС ХОТЕЛ ЭТО УЗНАТЬ!

Он приближается ко мне. Я цепенею, как кролик перед удавом.

…Боги великие, Тор, Один и Локки. У этого человека — МОЁ лицо…

Он спокойно смотрит на меня. Мы близнецы. Думается, незнакомец в глубине души наслаждается моей реакцией. Но… как он сумел? Пластическая операция? Так быстро? Я клянусь всеми потрохами Одина, это тот самый человек на видеозаписи.

— Я думал, что Онода-сан выйдет ко мне, — говорит он, глядя на меня моими глазами. — Специально повертелся перед видеокамерами в центре Урадзиосутоку, у другого риокана. Но видимо, определив ваш адрес, электронная система полиции отключилась. Посему пришлось срочно вернуться в переулок Весеннего Благоденствия. Простите, я опоздал.

— А ты… вы… а…

Я замолкаю. Кто знает, как разговаривать с самим собой? С одной стороны, абсолютно незнакомый человек. А с другой — обращаться к себе на «вы» — это, по-моему, уже верх снобизма. Кто это такой? Мой личный клон из секретной лаборатории гестапо?

— Нет, я не клон, — прыскает смехом человек. — И не читаю мыслей. Просто это первое, что люди думают при моём появлении. За Ольгу не беспокойтесь, мне нужны вы.

И тут до меня наконец-то доходит… Нет, он действительно ничуть не клон. Это существо аккуратно надело моё лицо, так друид примеряет череп волка на карнавале демона Самхайна. У клона был бы мой голос. А этот беседует эдаким треснувшим, чуточку уставшим баритоном. Значит, имитировать звуки он не может.

— Идёмте, — протягивает руку двойник. — Поверьте, вам лучше остаться со мной.

Меня окружают карлики в чёрной форме. Видимо, чтобы подтолкнуть к решению.

— Спасибо, — вежливо отвечаю я и с трудом удерживаюсь от поклона, подобно Оноде. — Но это уже второе подобное предложение за вечер. Разум просит меня подождать, вдруг будет и третье, и четвёртое? Сами же понимаете… я должен сравнить свою выгоду.

Он не улыбается. Просто стоит, рассматривает меня. С некоторым любопытством.

— Это не предложение, жрец, — жёстко сообщает человек в плаще. — Это приказ.

Ох, вот сейчас я точно полезу в драку. Да они что сегодня, сговорились все, что ли!?

Выстрелы. Один за другим. Четыре раза подряд.

На серой ткани расплываются четыре вишнёвых пятна. Но незнакомец не падает. Он лишь с усмешкой касается края своей шляпы — что твой английский колониалист из старых фильмов. Рот перекошен, парень балансирует, чтобы сохранить равновесие, и с трудом удерживается на ногах. Однако же НЕ УМИРАЕТ, хоть кровь и доказывает — на нём нет бронежилета. Гномы в масках, оставив меня в одиночестве, вытаскивают майора Оноду из-под «лексуса». Тот не выказывает особого удивления. Похоже, майор знает чужака.

— Обыщите его, — кивает подручным мой подражатель в сером.

Те моментально выворачивают Оноде карманы, трясут его, как грушу. На асфальт вываливаются бумажник, звенящая мелочь, авторучка. Двойник делает приглашающий жест. Оноду подтаскивают к нему, бьют прикладом по спине, ставят на колени.

— Сенсэй, старичок в самолёте — ваша работа? — интересуется незнакомец. — Если так, меня смущает ваше поведение. Вы же знали, что пули бесполезны. Час — и я буду в норме.

Онода смотрит на него снизу вверх. С некоторым, я бы сказал, сожалением.

— Прекрасно знал. Но видите ли, господин Локтев, у меня другая задача — тянуть время.

Вероятно, даже если этому японцу разрежут живот и потащат наружу кишки, он продолжит изъясняться так же — на «вы», с извинениями, не переставая кланяться. Сумасшедшая нация. Но спасибо ему, теперь мне известна фамилия моего двойника.

Ноги чувствуют, как вибрирует асфальт.

Звуки над головой — клёкот и свист. Воздух упруго рубят лопасти: сюда летят вертолёты, сразу несколько. Издали слышно, как ревут моторы армейских машин. Японец вызвал подмогу. Грохот такой, словно к нам движется половина армии Ниппон коку.