Бурцев попытался кивнуть – непроизвольно вышло, и подбородок опять уткнулся в дерево. Да, не скрывали. Чего скрывать-то? Опасность ведь миновала. Так они с Аделаидкой наивно полагали...

– Вывод напрашивался сам: кульмский тайный рыцарь, полковник Исаев и герой Ледового побоища воевода Василий – одно и то же лицо.

С помощью платц-башен в Новгородские земли были переброшены наши лучшие разведчики. По моему приказу тебя и твою супругу взяли в оперативную разработку. Кроме того, мои люди под видом купцов, нищих, странствующих монахов и разбойных ватаг прочесывали Новгородские земли и соседние русские княжества в поисках твоих помощников. Увы, ничего интересного обнаружить не удалось.

Поначалу мы грешили на глубокую конспирацию – перепроверили все еще раз. И по-прежнему – нигде и ничего. В общем, должен признать, отсутствие у тебя, полковник, элементарного прикрытия и тылового обеспечения сильно озадачивало. До сих пор мы не имеем представления об истинной цели твоей миссии в прошлом. Вот и решили выяснить.

– Волнения в Пскове и Новгороде ваших рук дело? – спросил Бурцев.

– Да, не стану скрывать, без нашего участия тут не обошлось. Нужна была большая смута, чтоб под шумок, незаметно выкрасть тебя из Новгорода.

– Выкрасть? А мне казалось, меня собирались утащить на костер и поджарить заживо, как колдуна-чернокнижника.

– О, нет, полковник, с тобой обращались весьма осторожно. Странно, что ты этого не заметил. Зачинщики беспорядков стояли в первых рядах, и им были даны четкие инструкции: брать тебя только живым. За живого воеводу мы обещали нашим помощникам из Ивановской сотни большую, неслыханно большую награду. А какой же купец откажется от хорошего барыша? А насчет костра... Знаешь, вообще-то тот костер еще сложить нужно было.

– Но в Новгороде у вас ничего не вышло!

– А кто мог предположить, что ты выйдешь на мост с пулеметом?! Наши агенты приложили немало сил, чтобы вынудить князя Александра избавиться от трофейного огнестрельного оружия.

«Наши агенты!» Бурцев мысленно выругался. А он-то думал!

– Судя по их донесениям, княжеская дружина была обезоружена. Увы, сведения эти оказались неверными. Уж не знаю точно, кто перехитрил новгородцев – ты или князь, но твои пулеметные очереди на Волхове разогнали толпу. После провала новгородской операции пришлось действовать иначе. По схеме фон Берберга. В свое время именно он безошибочно определил твое самое уязвимое место, полковник, – Агделайду. И ею я занялся лично.

– Но крест? – спохватился Бурцев. – Крест Болеслава? Откуда он у тебя?

– От Болеслава, – ухмыльнулся Бенедикт. – Этот набожный юноша и его непорочная малолетняя женушка Кунигунда Благочестивая никогда не снимают с себя крестиков. Но если в княжеской свите появляется монах-пилигрим с крепким снотворным, то и у князя однажды ночью может вдруг потеряться нательный крест.

– Он нужен был тебе как повод?

– Да, для первого знакомства с твоей женой и разговора наедине. Следовало найти способ выманить Агделайду за городские стены. Ну а потом отвлекающая засада у цайтбашни...

– Отвлекающая?

– Разумеется. Тебя должны были отсечь от основных сил, заманить к магическому порталу и пленить. Или заставить воспользоваться платц-башней и загнать сюда, ко мне. В ловушку.

– Умно с этой твоей засадой, – вынужден был признать Бурцев. – Точнее, глупо с моей стороны.

Эсэсовец самодовольно кивнул:

– Не будь засады там, ты бы ожидал ее здесь.

– «Здесь» – это где? – осторожно поинтересовался Бурцев.

Да, не мешало бы выяснить. Если Аделаиду эсэсовцы держат сейчас в Иерусалиме, то Бурцев со своей дружиной находятся...

– В Венеции, – дружелюбно ответил Бенедикт.

– Где-е?! – не подпирай подбородок колодка, у Бурцева точно отвисла б челюсть.

– В крепости командорства Санта-Тринита, некогда возведенной на обломках цайт-башни. Орден Святой Марии по моей рекомендации не так давно выкупил замок. И это только начало. У тевтонского братства большие планы на Венецианскую республику[121]. У нас – тоже. Венеция – удобное местечко. Отсюда можно контролировать все Средиземноморье – и торговлю, и военные операции.

– Но почему именно Венеция? Почему не Генуя? Почему не Пиза? Почему не...

– Я же сказал, полковник: когда-то здесь стояла башня ариев. К сожалению, часть ее ушла под воду. Пришлось ставить дамбу, вести дренажные работы, лить уйму бетона. В итоге местная платц-башня превратилась в бункер с выходом прямо в Большой канал. Ты, наверное, обратил внимание на ворота, когда находился внутри? Те самые, которые твой друг пытался выломать булавой.

Эсэсовец оскалился. Бурцев попытался отвернуться. Куда там – с колодкой-то на шее!