– Я… ну тебя, лови! – он быстро размахнулся и не давая мне опомниться кинул сквозь стену ключ. Тот благополучно ударился в воздухе о невидимую преграду, отлетел назад и шлепнулся возле Шатира. Тот поднял его и в недоумении запустил снова. Тот же результат.

– Да…. – он задумчиво опустился на пол. – Что-то совсем не клеится.

Я зарыдала еще громче. В мозгу неслась мысль: «Кто же отправит меня домой?»

И тут я встрепенулась. Размазывая слезу по лицу я быстро оттараторила ему свой план.

– Ты ведь можешь портал открыть ко мне, вот мы вместе и уйдем отсюда, а вернемся в другое место. Вот и все, - я радостно смотрела на мага.

– Не получится, -обрубил он, - как пришли, так и вернемся, в то же время на то же место. Тут же магия! Но, - подумав сказал он, - можно сделать по-другому – мы сейчас уйдем отсюда, там я передам тебе сферу, и ты вернешься, отдашь сферу Элрону, потом опять к тебе и все. Твоя роль выполнена.

– А ты?

– Не переживай, я вновь вернусь к работе менеджера или буду показывать фокусы. Только тяжеловато будет два раза подряд прыгнуть, могу не выдержать.

– Это того стоит? – я взглянула ему в глаза сквозь пелену голубого огня.

– Этот мир того стоит? Ответь сама. Скажешь как будешь готова.- он устало поднялся, -я тут и так слишком долго отдыхал. – и так и не дождавшись моего ответа. – Поехали…

***

Когда сознание чуть прояснилось, я приоткрыла один глаз. Мое синее кресло! И было тепло! Рывком я поднялась на ноги. Ну да, моя комната! Моя квартира! На часах без пяти минут шесть вечера. Возле меня застонал Шатир.

– Ты как?
– я помогла магу подняться на ноги.

– Не скажу, что хорошо. Тяжелый переход. – он посмотрел на свои руки, сжимающие ключ и сферу. – Все удалось, - его лицо озарила улыбка.

Я осторожно взяла у него из рук артефакты. Сфера напоминала обыкновенный сувенир, который мог бы продаваться, а может и продавался в магазинах – большой стеклянный шар на подставке, внутри переливался блестящий песок – ничего особенного. Внизу в подставке было овальное отверстие. Ключ вообще представлял из себя какую-то острую с одного конца загогулину. Я ожидала чего-то более представительного.

– Это…

– Не все то золото… - глядя на мою растерянную и расстроенную физиономию произнес маг.

– Да уж…

– Слушай, - он с трудом опустился в кресло, - что-то тяжко мне. У тебя кофе есть? Сто лет кофе не пил. Ну, или чай хотя бы покрепче? Чего-нибудь бодрящего, чтобы силы восстановить.

– Есть кофе!

– Давай покрепче и сильно сладкий. – он откинул назад голову, то ли старость приходит, то ли сила вся уходит. Вот такой я маг…

– Иногда, ты просто замечательный маг! – Я восторге побежала на кухню. – Я тебя обожаю!!!

– Ты бы лучше Кирду это сказала, - Шатир ворчливо посмотрел мне вслед.

– К сожалению, не могу, - с какой-то грустью чуть слышно пробормотала я про себя.

Я ушла на кухню и включила чайник. Пока он кипел, огляделась вокруг. Так непривычно, после двух месяцев вновь оказаться дома… В раковине плавала немытая тарелка после пельменей. Я включила воду- горячая!!!! И с удовольствием помыла руки и лицо. Чайник закипел, я налила крепкий кофе, насыпала 3 ложки сахара, подумала, и добавила еще три. Достала завалявшиеся печенюшки и понесла все это Шатиру.

– У меня кофе только растворимый, - войдя в комнату я застыла с чашкой и тарелкой на месте. – Шатир!!!

Маг сидел, полузавалившись на бок в кресле. Голова безвольно свисала вниз.

– Шатир!!! – поднос полетел на пол, разливая по ковру крепкий приторный напиток. Я бросилась к нему. Он был без сознания, и мне казалось, что он вообще не дышал. На лбу выступил холодный пот.

Я попыталась сделать ему искусственное дыхание, вдыхая воздух в посиневшие губы, лила воду на лицо, а затем, наконец, сделала правильный выбор - набрала скорую. Я кричала в трубку, что человек умирает.

Знаете, самые тяжелые минуты, когда кажется, что помощь уже едет, а ты не знаешь, что делать. Мне казалось, что все потеряно, он умер. Я не могла различить ни дыхания, ни пульса. Я тормошила его, как могла, пыталась заставить сердце биться. Потом просто села рядом и тихо плакала, пока не приехала скорая.

Я сидела в стороне, а врачи суетились вокруг его тела. Как в кино, они что-то говорили друг-другу, потом достали аппарат и стали разрядами запускать сердце.

– Он умер? – я не узнала свой голос.