— Мы все на виду друг у друга. Если заговор против МКА, действительно, существует, то люди, которые в нем участвуют, давно должны были бы себя обнаружить. Тем более здесь, на Канталупе.

— Роберт, вы, кажется, потихонечку сходите с ума, — с сожалением констатировала Люси.

— Кто же, по-вашему, мог быть его сообщником? — спросил Карл, не обратив внимания на реплику Люси. — Элис досталось от того инцидента больше всех. Мне тоже досталось, пусть и меньше. Вы сами знаете, саботажник вы или нет. Остается только Люси. Не считать же погибшую Белинду…

— Правильно. Вряд ли они доверились бы женщинам, — развивал свою мысль Роберт.

— Что это значит?! — возмутилась Люси.

— Да нет, конечно, — улыбнувшись, подтвердил Карл. — Вряд ли они в это дело втянули Люси. Ведь все знают, что ее мать — большая «шишка» в Агентстве.

— «Шишка»? — удивился Роберт так театрально и с таким неприкрытым желанием уколоть Люси, что Элис едва удержалась от хохота. — В каком смысле «шишка»? Что-то я до сих пор об этом ничего не знаю.

— Не меньше, чем начальник сектора.

— Значит, вот почему вы так хорошо ко мне относитесь, Карл? — чуть не плача от обиды, спросила Люси.

— Вот вы меня и поймали. Естественно, я был грубоват с Белиндой и Дареном, ведь их родственники — никому не известные люди.

— А я-то, глупая, думала… Какая же я дура!

— Вы имеете право. Все-таки у вас такая влиятельная мать… — Карл на секунду замолчал и вдруг мягко произнес: — Ладно, простите. Просто мне надоело, что критикуют и ругают только меня. Могу я отвести огонь со своей персоны хотя бы здесь?

— Спасибо за откровенность, — всхлипнула Люси.

К облегчению Элис, какая-то реплика Роберта положила конец тяжелой дискуссии.

Чтобы окончательно перевести разговор в другое русло, она заметила:

— И все-таки, я до сих пор не понимаю, кому и зачем понадобился такой чудовищной глубины каньон.

Наконец земляне добрались до своей транспортной сферы. Тело Дарена лежало в такой естественной позе, словно он прилег отдохнуть всего лишь несколько минут назад и вот-вот проснется, услышав шаги своих друзей. Но Дарен не проснулся.

Элис подошла к большому кругу, входу в сферу, и заявила:

— Здесь мы уже многое увидели. Думаю, пора посмотреть, что творится в других местах. Неужели на Канталупе водятся только змеи?

Карл вошел в транспортную сферу последним. Ему очень не понравилась идея Элис оставить тело Дарена на уступе, прямо у отвесной стены. Но что он мог предпринять? В конце концов, она в чем-то права. Разумно ли волочить тело Дарена за собой? Но Карл поклялся себе, что вернется за телом товарища, если сможет. Для этого необходимо было лишь одно условие: остаться в живых самому.

Отверстие стало медленно стягиваться и вскоре полностью исчезло. Несколько секунд ничего не происходило, но вот сфера покачнулась, медленно повернулась вокруг своей оси и начала набирать обороты. Земляне вновь оказались прижатыми к стенам удивительного помещения. Наученный опытом, Карл подполз к наиболее комфортной точке между осью вращения и своеобразным «экватором», где и принял удобное положение.

— Кажется, мы опять снижаемся, — заметил Роберт.

Карл, почувствовав легкость в теле, пришел к такому же заключению. Знать бы только, что принесет новое путешествие. Гипотеза Элис о том, что ключ к разгадке тайн Канталупы и к их спасению лежит глубоко под поверхностью, казалась Карлу вполне здравой. Но самые нормальные человеческие инстинкты противились этой теории: чем глубже, тем дальше от «Рейнджера».

— Вполне возможно, — стала рассуждать Люси, возлежавшая сейчас, как богатый римский патриций в термах Каракаллы, — что то, в чем мы находимся, не лифт, а какая-то экскурсионная машина с твердо заданным маршрутом: от пункта А до пункта В, а затем до пункта С. Я не вижу ничего похожего на пульт управления.

— Элис, — обратился Карл, — вы сканировали окрестности в инфракрасных и ультрафиолетовых лучах? Вдруг это принесло бы какую-нибудь неожиданность?

— Конечно. Но ничего интересного я не заметила, — через секунду Элис добавила: — Скажите, Карл, а что вы знаете о моих глазах?

— Достаточно много. Мне тоже хотелось бы иметь парочку таких глаз.

— Да? — хмыкнула Элис. — Хотели бы, чтобы ваши глаза вынули щипцами и вставили объективы от телекамер?

— Вы так говорите, будто недовольны своими новыми глазами.

— Довольно легкомысленное замечание. Словно вы там не были.

— Ладно, пусть легкомысленное. Сейчас, по крайней мере, у вас очень привлекательные глаза, которые, думаю, никогда не устают и видят во всех немыслимых диапазонах. Вам стоит только захотеть.