– Здесь почти ничего не запрещено. – С нами отправился лейтенант Гофер, разодевшийся в пух и прах, сущий павлин. Синий бархатный камзол, треуголка с пышными перьями, шпага на перевязи, роскошная трость с золотыми накладками. На фоне портовых рабочих в серых комбинезонах и матросов киренианских траулеров смотрится нелепо, но к гостям с Меркуриума на Кирене привыкли – если людям нравится так одеваться, пускай. – Доступные женщины, любой алкоголь или стимуляторы, наркотики, торговля оружием, экзотическими товарами или животными. Единственными серьезными преступлениями считаются покушение на личность или собственность, за это карают беспощадно, вплоть до смертной казни. Вообразите, ужас какой!

– Жесточайшее наказание для людей, обладающих физическим бессмертием, – ответил Нетико. – А все остальное – можно?

– В этом заключается главная прелесть. Делай, что хочешь, только не убивай и не воруй – соблюдай простейшие ограничения. В остальном ты сам ответственен за свою судьбу. Со времен Катастрофы наркотики не являются бедствием – организм не подвержен привыканию, с психологической зависимостью справиться куда легче, в крайнем случае помогут врачи. Но если под воздействием дурмана ты совершил преступление – обвиняй только себя самого.

– Интересно, и как казнят homo novus? – поинтересовался я.

– Примитивно, никаких отличий от прежних методов. Пыля в затылок – и до свидания. Мозг не регенерирует, в отличие от прочих органов.

Мы прошли через обширную гавань – несколько пирсов-понтонов на якорях, вдающихся в море больше чем на полкилометра. Гофер указал на четыре парусных корабля Вольной Ганзы, прибывших на Кирену раньше «Громовержца». Администрация порта бесплатно предоставляет стоянку для инопланетян, выделяет им склады, за которые требует небольшую арендную плату в высокопробном золоте – «суша» все-таки искусственная, а платформа требует постоянного техобеспечения и ремонта.

Специальная служба занимается переброской грузов на другие планеты через точки сингулярности – таковых на Кирене очень много благодаря двум системообразующим звездам, находящемуся поблизости газовому гиганту юпитерианского типа и целым восьми лунам. Два терминекса находятся прямиком на платформе – через них можно попасть в любой мир Конвенции и отправить товар с человеком-сопровождающим, который и «перенесет» контейнеры в нужном направлении.

– На Кирене используются как наличные, так и универсальные карты, – продолжал просвещать изумленных туристов Гофер. Мы углубились в припортовые кварталы, сиявшие вывесками магазинов, голограммами и яркими лазерными проекциями. Ни дать ни взять – родная Аврелия. – У меня карточка есть, надо бы и вам обзавестись. Меняльная контора на следующем углу, зайдем…

Процедура заняла три минуты. Франтоватый лейтенант выдал сотруднику офиса одну из прихваченных с собой готийских золотых «хворостин», металлический прут взвесили с точностью до микрограмма, а я и Нетико стали обладателями сине-серебристых квадратиков с микрочипом.

– И что на это можно купить? – спросил я Гофера, рассматривая карточку.

– Всё. Хотите виски? Или прекрасного выдержанного рому? Неподалеку есть дивный паб для морских офицеров.

– Я неточно выразился. Не «что можно купить», а «сколько».

– Все зависит от того, какой именно товар вы хотите получить, герцог.

– Современное личное оружие, – не задумываясь выпалил я. – Устройства связи.

– Последние на Меркуриуме использовать нельзя, – мигом все поняв, ответил Гофер. – Засекут. Насчет оружия – можно подумать. Но я бы сначала выпил.

– Я бы тоже, – сказал непьющий Нетико. – Куда ты торопишься, вот скажи?

«Зеленый клевер», посещаемый обеспеченными и занимающими высокие должности людьми паб, находился на втором этаже густо-ржавого здания, выстроенного из металлических блоков. Внизу, под ним, плескалась вода океана, во время прилива поднимавшаяся до самого порога, а иногда и перехлестывающая через него. Зато внутри стены были обшиты деревянными панелями, работала установка, поглощающая влагу, и ароматизаторы, изгонявшие навязчивый запах йода. Пахло можжевельником и лесом.

Почудилось, будто я вернулся на Меркуриум. Чесслово, в лесах рядом с Танвальдом и Берлогой было так же уютно. И плевать на чудовищ!

– Каждый платит за себя, – предупредил Гофер. – Я не жадный, просто тут такие правила. Андроиду придется заплатить за место. Зато вы нигде больше не попробуете блюд старой Земли!

Подошел хозяин – единственный человек в «Клевере». Не было ни посетителей, ни обслуживающего персонала. Молча подал меню.

– Свинина на пару, – вслух прочитал я. – Что, настоящая? Вареный картофель с зеленью по-ирландски? Овощное рагу? Тащите все!

– Карту, – надменно потребовал владелец «Клевера». Когда на мониторе личного коммуникатора было отображено состояние моего личного счета, хозяин немедля сменил холодно-недоверчивое отношение к посетителям на доброжелательное. – Прошу извинить, господа, сюда иногда заходят люди, не всегда заслуживающие доверия… Я обязан быть осторожным. Бизнес. Все ваши пожелания будут исполнены незамедлительно.

Гофер, выкроив на смазливом лице брезгливое выражение, протянул хозяину свой чип.

Я объелся. Это ж вам не пресная вареная баранина с репой в Баршанце и не сублимированные продукты из запасов «Эквилибрума»! Настоящая еда – вкусная и приготовленная с толком! Может, готовили и автоматы, но так, что с пальцами можно съесть! Скептический Нетико заметил, что я нахожу психологическую разрядку в еде, после чего ИР был вежливо послан подальше.