До заветного трона было всего десяток шагов. По ровному, совершенно пустому пространству, которое эары непредусмотрительно оставили незащищенным. Всего каких-то десять жалких шагов… но для меня они показались настоящей вечностью. Время предательски растянулось и словно застыло, вморозив нас в себя, как янтарь — неосмотрительных мошек. Движения мои замедлились, как в плохом кино, секунды ползли отвратительно медленно. Тянущиеся навстречу ветки лениво опускались откуда-то сверху, то ли намереваясь помешать, то ли, напротив, указывая путь. Земля впереди ме-е-едленно, очень медленно начала вспухать ожившими корнями. Откуда-то слева в мою сторону понеслось сразу несколько ветвистых разрядов с явным намерением испепелить на месте. Следом полетел плавно разрастающийся огненный шар, на пару с яростным выкриком и непонятным проклятием Эа. Потом у меня за спиной что-то натужно прожужжало, хотя должно было придушенно взвизгнуть и, промахнувшись, вырвать целый дождь щепок из разорванного заклятием (или копьем?) ствола. Однако время по-прежнему не спешило возвращаться к своему нормальному бегу, так что я всего лишь пригнулась и не успела понять, что это было.

Восемь шагов… семь…

Мне неожиданно стало душно.

Шесть… пять…

За спиной снова что-то с грохотом взорвалось. Но опять — до того медленно и отвратительно тягуче, что волей-неволей пришлось обернуться и ругнуться на коварное восприятие, так неоправданно четко решившее показать мне мою невеселую участь.

Медленно кружащиеся над головой щепки вызвали нешуточное раздражение. Блин… как издеваются, в самом деле! Я была похожа на таракана в патоке, отчаянно пытающегося выплыть из глубокой миски, но только глубже увязающего в клейкой липкой массе. Вот и я — вроде и бегу изо всех сил, вроде и лечу вперед, как на крыльях, но проклятое дерево ни капельки не ближе. Пространство поддается с неохотой. С трудом. Каждый шаг — как день. Каждый вздох — как год. А каждый удар приторможенного чьей-то неведомой волей сердца длится столько, что уже устаешь дожидаться следующего.

Четыре шага…

Уф… одна радость — для эаров время тоже бессовестно растянулось в целую вечность, поэтому их страшноватые молнии все еще не могут до меня долететь. Одна, две, три… нет, у меня не хватит пальцев, чтобы их сосчитать. Да оно и не надо, наверное? Если хоть одна попадет, мне уже крышка. И Теней, как назло, поблизости нет. Один Лин, грозно встопорщив шерсть и растопырив широкие крылья, кинулся наперерез, стремясь перехватить как можно больше заклятий… но он один, а их много. Да и не уверена я, что мой маленький… в смысле, уже большой шейри сумеет их удержать.

При виде медленно летящего в гигантском прыжке демона у меня что-то сжалось внутри.

И ведь не бросил. Не предал. Схитрил и смолчал, конечно, но не подвел. И даже теперь, обретя хоть какую-то толику сил, обретя эти страшноватые крылья, о которых так долго мечтал, он все равно старался закрыть меня собой. Как тогда, рядом с кахгаром, на которого он тоже попытался броситься, но лишь немного не успел. Казалось бы, нечисть… говорят про него: злобный демон… а он никакой не демон — он просто друг, обладающий редкой способностью вытягивать из людей жизненные силы. И то, что для меня с некоторых пор эта процедура стала неопасной, только к лучшему.

Три шага…

Я до боли прикусила губу, с трудом продираясь сквозь загустевшее время. Назад больше не смотрела — больно. Больно видеть, как скрипят зубами еще больше побледневшие Тени. Больно смотреть на то, как Мейр решительно вскрывает себе вены на руке и льет на землю свою кровь, стремясь дать им хоть немного своих сил. Больно следить за тем, как холодные молнии врезаются в Лина и рвут ему крылья сразу в нескольких местах. Мне просто больно. И очень хочется, чтобы весь этот кошмар побыстрее закончился.

Два шага…

Какая-то ветка попыталась уцепиться за мои волосы, но промахнулась и только ласково провела листьями по спутавшимся прядям. Какая-то бабочка ринулась зигзагами наперерез, но в последний момент почему-то передумала и шарахнулась прочь. Затем само дерево-трон вздумало возмутиться моей наглостью и вздыбило корни выше моей головы. Но я без раздумий вспрыгнула на ближайший отросток и принялась карабкаться наверх, как бешеный зверек, не слишком разбирая, где, как и обо что порвала свою левую перчатку. А потом оно неожиданно разом затихло. Замерло. Задумалось. И, вместо того, чтобы извернуться и скинуть меня назад, вдруг совершенно неправильно развернуло ветки, отчего я ахнула, перелетела через последнее препятствие и кубарем скатилась прямо к подножию трона.

Один шаг! Есть!!

Не теряя времени на догадки, я вскочила и цапнула с подлокотника заветный шарик. Сжала его в руке, торжествующе обернулась, мысленно прикидывая, что с ним теперь делать, и как раз успела увидеть, как мне прямо в лицо летят десятки огромных молний. А потом мстительно подумала, что зря они так спешат (я все равно успела!), и крепко зажмурилась.

От раздавшегося грохота мгновенно заложило уши. Трон и само дерево содрогнулись до основания. Сам Лес, показалось, заходил ходуном, когда молнии с размаху впечатались в землю у меня под ногами. Но потом как-то резко все стихло, успокоилось, а следом за этим на поляне повисла оглушительная тишина, в которой только и слышалось, что тяжелое дыхание нескольких десятков живых существ, жалобный скрип отваливающейся от какого-то ствола ветки и тихий треск сгорающего дерева, которое безвинно пострадало от рук своих же собственных детей.

Поняв, что жива, я осторожно приоткрыла один глаз.

Однако…

Пожалуй, я все-таки действительно уцелела в этом локальном апокалипсисе. По крайней мере, стою, дышу, с крайним изумлением изучаю медленно опускающиеся перед моим лицом обугленные корни и еще медленнее начинаю сознавать, что именно они приняли на себя удар молний, избавив меня от необходимости некрасиво умирать на чужой земле.

Невероятно!

Я проводила глазами укладывающиеся под ногами корешки, неверяще оглядела оставшиеся на них глубокие разрывы. Чуть поморщилась от невыносимого запаса горелой древесины, а потом посмотрела на друзей.