Однако поражало во всей этой ситуации не это. Поразило меня до глубины души то, что мой трепанный шейри с невероятно гордым и жутко довольным видом прогуливался по мосту буквально перед носом у беснующихся всадников. И не то, что не боялся их, а даже с каким-то злорадством наблюдал за их тщетными попытками преодолеть невидимую преграду.

Я машинально присмотрелась и, различив, наконец, тончайшую полупрозрачную пленку, вставшую между коварным демоном и его преследователями, облегчено вздохнула. Так вот в чем дело! Кажется, этот хитрец все-таки нашел способ исполнить мою просьбу и остановил-таки жаждущих крови дагонцев. Думаю, непонятная преграда — его рук его, иначе не ходил бы он там с таким довольным видом. И не скрипел бы эрхас зубами, с ненавистью глядя на пакостника-кота.

Так им и надо!

Я успокоено опустилась обратно на землю, потому что ноги держали плохо. А шейри, вдоволь наиздевавшись над всадниками (хорошо, что отсюда не слышно, что именно он им так вдохновенно втолковавывал, иначе, думаю, мне пришлось бы неловко покраснеть), с независимым видом развернулся и неторопливо направился в мою сторону. Гордый, как не знаю кто. Величаво вышагивающий по разбитым в щепу доскам. Нагло задравший свой пушистый хвост и до того важный, что я едва не расхохоталась в голос. От облегчения, наверное? Однако тут же чуть не подавилась зарождающимся смехом, потому что Лину этого показалось мало: сделав какое-то небрежное движение лапкой, он с ленивым любопытством проследил за тем, как мост за его спиной начал буквально рассыпаться в пыль, а потом, сопровождаемый тихим шорохом разваливающейся древесины, так же неторопливо продолжил путь.

Я удивленно покачала головой. Ну, надо же… вот теперь верю, что он не простой кот, а самый настоящий демон. Действительно, верю. Да и как тут не поверить, когда на твоих глазах творится самая настоящая магия? Лин шел по мосту так, как, наверное, ходят великие полководцы по покоренным ими территориям — важно, уверенно, с видом истинного победителя. А за его спиной, едва не касаясь мягких подушечек лап, с неестественно тихим шелестом осыпались старые, просоленные и засушенные временем балки, превращенные каким-то невероятным образом в мелкую древесную пыль.

Я смерила взглядом расстояние до эрхаса и его людей, и успокоилась окончательно: далеко. Теперь они до меня при всем желании не дострелят. Впрочем, они все равно попытались (только не в меня, а в Лина), однако, к моей вящей радости, все стрелы и даже арбалетные болты мгновенно завязли в поставленном им заслоне. После чего, обиженно подрожав прямо в воздухе, с недовольным стуком упали под ноги взбешенным дагонцам.

И тут от реки снова послышался плеск.

Я машинально обернулась, ища источник шума, но оторопело замерла во второй раз за этот трудный вечер. Потому что, наконец, разглядела своего спасителя… а это не мог быть никто иной, потому что люди эрхаса не сверкали передо мной голыми торсами… а когда разглядела, то тут же поперхнулась и ошеломленно разинула рот.

Ой, мама… может, я просто сплю?

Незнакомец оказался не слишком высок — быть может, чуть выше меня, но совсем не намного. Довольно широк в плечах, однако не настолько, чтобы пугать своими размерами, а как раз так, чтобы это выглядело красиво. У него оказались длинные бронзовые волосы совершенно удивительного оттенка — уже далеко не рыжий, но и до сочного коричневого немного не дотягивал. Да еще заходящее солнце игриво сверкало на мокрой макушке, придавая ей невероятно привлекательный оттенок. Еще были сильные ноги, перевитые тугими мышцами, на которые я честно старалась не смотреть, чтобы не краснеть еще сильнее — все же не каждый день удается увидеть перед собой подобный образчик мужской красоты и совершеннейшего бесстыдства. Почему бесстыдства, спросите? Да все потому, что этот тип крайне необычной наружности был сейчас, простите, полностью обнажен. То есть, просто-напросто неприлично гол, даже без коротких подштанников, и это ошеломительное открытие непроизвольно вызвало густой румянец на моих щеках. Спасло меня от пунцовой физиономии только одно — уверенно поднимаясь на пригорок, незнакомец держал перед собой мой мокрый до безобразия мешок. И именно им прикрывал свои чресла от моего растерянного взгляда.

Конечно, я девушка вполне современная и по Интернету немало полазила. В том числе, и на сайтах, где обнаженная натура была предметом естественным и вполне объяснимым. К тому, общение с противоположным полом уже успело отложиться на моей карме вполне закономерным следом. Все-таки нравы у нас далеко не пуританские, а я всегда считала, что прежде чем строить долгоидущие планы на семью, следует изучить возможного претендента со всех сторон. В том числе, и с ЭТОЙ. Однако вот так… вблизи… когда этот самый "претендент" совершенно не стеснялся своего (отменного, надо сказать!) тела и приближался с неумолимой неотвратимостью… честное слово, я почувствовала себя неуютно.

А еще он был весьма симпатичен. Даже, честно признать, весьма и весьма привлекателен. Пусть не теми благородными чертами, которыми в достатке обладал эрхас Дагон, однако лицо у "спасителя" оказалось открытым и приятным, подбородок — в меру упрямым и почти не тяжелым, взгляд — прямым и спокойным, а теплые карие глаза — чуткими и внимательными.

— Ты в порядке? — спросил он, едва приблизился и поставил мешок на землю.

Я поспешила кивнуть и в смятении уронила взгляд на свои мокрые ноги.

Е-мое. Нудист, тоже мне нашелся! Они что тут, совсем ничего не стесняются?!

К счастью, мужчина сразу сел. И, к счастью, немного боком, отгородившись от меня мускулистым бедром и избавив от острой необходимости лихорадочно придумывать благовидный предлог, чтобы поспешно сбежать.

Надеюсь, он хотя бы не маньяк и не извращенец?

— Зачем ты пошла с ними? — с укором спросил обнаженец. — Дагон не терпит нечисти. Вообще. А твой кот, хоть и признал тебя хозяйкой, все же относится к нечисти. Это было очень рискованно. Тебя могли задеть.