Пытавшиеся подскочить сзади натыкались на второй острый конец копья, и тоже экологически чисто сгорали.

Трезор носился как угорелый, устроив свою, собачью месть за смерть мельника. Зверски искусанные вампиры приличной толпой гонялись за ним следом, позабыв про еду и давая возможность немногим уцелевшим спастись от неминуемой гибели.

Царевичи сеяли смерть направо и налево. С двух сторон налетев на убивших бородача вампиров, они яростно кололи нечисть, добавляя огня к бушевавшему вокруг пламени. Трезор налетал следом, яростно кусаясь. Вампиры взвыли: как ни крути, а собак они боятся больше, чем людей, – с последними можно иногда договориться или обхитрить. Взбесившаяся же собака на уговоры не поддается. И кусается не в пример больнее.

Толпа рассвирепевших трезороловов налетела секундой позже, образовав кучу из матерящихся вампиров. Царевичи добивали их, и Артем мог поклясться, что по левое плечо от себя мельком видел черную фигуру в капюшоне и с косой, помогающую им в битве с врагами.

Жалкие крохи вампирского отряда дрогнули и отступили, превратившись в плохо летающих летучих мышей и скрывшись в облаках. Ярослав запустил следом импровизированное копье, сбив последних четырех. Фигура в черном исчезла.

Наступила тишина.

– Победа! – радостно прокричали братья. Им вторили жиденькие голоса оставшихся в живых крестьян, да Трезор радостно залаял на луну.

Кащей сидел на стуле времен позднего палеолита и раздумывал о том, что хранить вещи немыслимое количество лет по меньшей мере глупо. Рядом лежал на полу Определитель возраста.

– Как мы найдем центральный пульт, если после твоего набега двери открываются, едва к ним подойдешь? – озадаченно спросил он.

– А откуда я знала, что так получится? – смущенно оправдывалась Мария. – Я же здесь в первый раз.

– И в последний! – добавил Кащей. – Не рассчитывай, что я буду похищать тебя каждое лето. Что у нас там еще есть?

– Коробочки, – отозвалась Мария. – Не знаю, для чего они.

– Дай мне! – Он требовательно протянул руку. Получив матовый черный прямоугольник, осмотрел, нашел кнопки, нажал, коробка засветилась тусклым светом и замигала. Он положил ее на стул и отодвинулся. – Посмотрим, что она сделает.

Щелкнуло, коробочка прилипла к стулу.

– И все? – удивился Кащей. – Подними-ка ее.

Мария не успела сделать и шага, как коробочка самостоятельно взлетела вместе со стулом и повисла в воздухе.

– Опа! – выдохнул Кащей. – А ну, вот так, вверх!

Стул взмыл вверх, стукнулся о потолок и разлетелся на куски, коробочка же пробила потолок и улетела на следующий этаж. Затем она протаранила второй потолок, так прошла через весь замок и улетела в необъятные глубины космоса. Кащей, подождав, пока осядет пыль, посмотрел на дырку.

– Ого! – невозмутимо заметил он. – На улице ливень!

– Да ну? А как ты узнал? – удивилась царевна, подошла поближе, задрала голову и еле успела отскочить, когда из дыры полилась струя воды. – Ой! Мог так сразу и сказать!

– Я не просил тебя повторять мои опыты, – развел руками Кащей. – Я ведь бессмертный.

– Не хвастайся! – бросила Мария.

В комнату въехала мигающая полусфера, подкатила к дыре и накрыла ее, а когда отъехала, то потолок снова был целехонек, не осталось даже намека на починку. Проводив ее удивленным взглядом, Кашей покачал головой:

– Чего только нет в моем замке!

– Порядка! – язвительно заметила царевна, доставая с полки шапку и надевая ее на голову.

– Шапка. Теплая!

– Шапки нам пока не нужны, – отозвался Кашей, оборачиваясь. – Не понял. Царевны не было.

– Мария! – воскликнул он. – Ты где?!!

– Что ты кричишь?!! – испуганно отозвалась шкатулка с четвертой полки сверху. – Так ведь заикой можно остаться... Что ты так странно смотришь?

– Я тебя не вижу! – проговорил Кащей внезапно осипшим голосом.

– Брось шутить!

– Честно, не вижу! А ну, появись, как исчезла! – приказал он. Было из-за чего запаниковать – вот явится царевич-спаситель, попробуй тогда ему объяснить, что разговаривающий воздух – это и есть его ненаглядная, к которой он так стремился.

Мария туманным, быстро уплотнившимся сгустком тумана проявилась на стуле. В ее руке была шапка. Шкатулка находилась как раз на уровне ее головы, из-за чего Кащею в замешательстве и померещилось невесть что. Когда он сам начинал выдумывать разные фокусы – это еще куда ни шло. Но последователи – это уже явный перебор.