На следующий день Кости вышел за пределы Квартала, чтобы зайти в магазинчик под названием «Болотная крыса», и усмехнулся про себя, заметив слой кирпичной крошки на пороге. Это был защитный барьер вуду, предположительно не позволяющий войти внутрь тому, кто хочет причинить вред владельцу магазина. Жаль, что он не работал против людей, которые не верили в магию вуду. Или вампиров.

Войдя внутрь, Кости перевернул табличку с надписью «Открыто», сменив её на «Закрыто», и запер за собой дверь. Низкорослый морщинистый человек, стоящий за прилавком, поднял глаза… а затем – это ж надо! – попытался убежать. Кости пересёк комнату и наклонился над прилавком быстрее, чем пожилой хозяин магазина встал со стула. Он усмехнулся, когда старик выпалил целую тираду на креольском, проклиная самого Кости, его родителей и некоторых из предков.

– Вспомни, Жан-Пьер, я говорю на креольском. Поэтому всё, что ты скажешь, может и будет использоваться против тебя, бла-бла-бла.

– Дебил, – прошипел по-английски Жан-Пьер. – Я уже надеялся, что видел последних из вас много лет назад.

– А сейчас, приятель, ты ранишь мои чувства. Не знаю, почему ты испытываешь ко мне такое отвращение. У нас с твоим дедом были прекрасные отношения. И я знаю, что рад по-прежнему видеть тебя здесь.

Взгляд Жан-Пьера скользнул по магазину, но в помещении, кроме него и Кости, больше никого не было. Что, в общем-то, не удивляло, поскольку товар на полках был просто ужасен: низкопробные футболки и другие разнообразные хитрые штучки сомнительного качества и по цене выше, нежели у большинства конкурентов.

Однако настоящим бизнесом Жан-Пьера была магия вуду. Магазинчики в Квартале предназначались для туристов и несведущих людей. Жан-Пьер же поставлял подлинные составляющие для практикующего, умеющего распознать подделку, покупателя. И его семья занималась этим делом почти с самого основания города. Поэтому он был тем, кто знал множество тёмных секретов этого места. И поскольку Жан-Пьер унаследовал семейную невосприимчивость к контролю сознания вампирами, Кости, к сожалению, не мог воспользоваться своим взглядом, чтобы вытянуть из него информацию.

– Итак, о чём я хотел спросить тебя? Ах, да. О рыжеволосом типе по имени Ральмиэль. Вампире, примерно моего роста, который имеет в своём арсенале самый потрясающий новый трюк растворяться в воздухе. Что ты знаешь о нём?

Выражение лица Жан-Пьера говорило о том, что у него есть кое-какие сведения о Ральмиэле, но он не желает ими делиться.

Не переставая улыбаться, Кости произнёс:

– Хочешь, чтобы тебя слегка поколотили, прежде чем ты ответишь? Без проблем. Просто скажи мне, какую кость тебе сломать в первую очередь, и я непременно это исполню.

– Дебилы, – прошипел Жан-Пьер. – Вы оба только и делаете, что шляетесь по могилам. Вот только даже земле вы не нужны.

Кости махнул рукой.

– Да, верно, мы все жалкие людишки, брошенные Богом и самой Матерью Природой, а теперь выкладывай.

У Кости в действительности не было никакого желания начать избивать этого коротышку. Это заняло бы слишком много времени.

– Рыжий дебил захаживает сюда довольно часто, – произнёс Жан-Пьер, выплёвывая слова. – У него есть амулеты, сделанные специально для него, он пользуется магией.

– Вампирам запрещено колдовать. Это один из законов, установленных Каином для своего народа. Я удивлён, что Ральмиэль так открыто это делает.

Рот Жана-Пьера скривился.

– Каин. Бог должен был убить его за смерть Авеля, а не наказывать превращением в вампира. Что же касается Ральмиэля, думаю, видевшие, как он использует магию, не жили достаточно долго, чтобы потом рассказывать об этом.

Это и в самом деле помешало бы такой новости распространиться. Но, помимо Жан-Пьера, несколько человек тоже должны быть в курсе.

– Магия, которую использует Ральмиэль… кто создаёт её?

– Не знаю.

Кости смерил его изучающим взглядом.

– Хотя мне это и не доставит удовольствия, но я либо выбью из тебя ответ, либо заберу тебя с собой и буду продолжать пить твою, несомненно, паршивую на вкус кровь, пока тебе не надоест быть моей закуской, и ты не расколешься.

– Надеюсь, она превратит твою кровь в пыль, – огрызнулся Жан-Пьер, но назвал Кости имя. И местоположение.

– Ты позвонишь мне, если снова увидишь Ральмиэля, – наказал Кости Жан-Пьеру, написав свой номер на обороте одной из подставок с лозунгами, выставленных на прилавке. На этой было написано: «Сам себе не отсосёшь». А ведь верно подмечено.

– И не заставляй меня прекращать долгие и дружественные отношения с твоей семьёй какой-нибудь глупой выходкой, – добавил Кости, позволяя зелени вспыхнуть в глазах, когда протянул ему подставку.

Жан-Пьер взял её.