— Вижу, мне придется отказаться от последних попыток соблюсти правила, приличествующие девице. Но почему бы и нет? Завтра это будет уже неважно. Мне нечего терять.

— Не говорите так!

— Почему же? Ведь это правда. И… хотя я от этого не в восторге, Маркус, вы поставили меня в весьма затруднительное положение: я вынуждена просить вас жениться на мне. Как видите, я отказалась от всяких притязаний на поведение, приличное в свете. Благонравной Франческе Бодон сегодня предстоит исчезнуть навсегда. Надеюсь, ее заменит обезумевшая от счастья леди Карн. Но если вы… откажете мне, тогда воскреснет мисс Шелвуд-Бодон из Шелвуда, отшельница и старая дева.

— Франческа, я люблю вас. Больше всего на свете я желаю стать вашим мужем, но разве могу я предложить вам сейчас руку и сердце? Вы же видите: я впал в немилость. Я не могу разделить с вами эту ношу.

— Ну наконец-то! — Забыв о грусти, Франческа запальчиво выговорила: — Маркус, вы ведете себя нелепо! Если это единственное препятствие для нашего брака, тогда чем скорее я окажусь в опале, тем лучше. Благодарю, вот все, что я хотела узнать. — И она направилась в зал.

Маркус схватил ее за руку.

— Я не позволю вам!

— Вы меня не остановите.

— Нет, остановлю; и если понадобится — силой!

Франческа высвободилась и выбежала в огромный зал, полный людей. До полуночи оставалось пять минут. Маркус последовал за ней, решительно пробираясь сквозь толпу, и вскоре вновь поймал ее за руку.

— Карн!

Поглощенные борьбой, Франческа и Маркус не сразу заметили появление нескольких человек в дверях зала. Впереди группы стоял принц-регент, место рядом с ним занимал лорд Кокер.

— Сэр. — Маркус отпустил Франческу и поклонился.

Принц имел грозный вид.

— Какого дьявола вы здесь делаете? С вами все в порядке, мисс Бодон?

Франческа присела.

— Да, благодарю вас, сэр. — Она с трудом скрывала удовлетворение таким поворотом событий. Теперь Маркус вряд ли сможет остановить ее.

— Похоже, Карну трудно избавиться от привычки распускать руки, сэр, — язвительно произнес лорд Кокер.

Вспыхнув, Франческа повернулась к нему.

— Знаки внимания лорда Карна, пусть даже выходящие за рамки приличия, гораздо предпочтительнее ваших, лорд Кокер! Если я не ошибаюсь, мне пришлось разбить о вашу голову вазу, прежде чем вы наконец оставили меня в покое.

В зале воцарилась ошеломляющая тишина, которую нарушали лишь редкие смешки присутствующих. Лорд Кокер пожелтел и злобно прошипел:

— Вряд ли принцу-регенту интересны выходки особ, которые предпочитают внимание мужчин, подобных Карну, мисс Бодон. Полагаю, вы еще не знаете всей правды об этом джентльмене…

— Так уж получилось, что я знаю всю правду — в отличие от остальных присутствующих.

— Франческа, не смейте! — перебил Маркус. — Сэр, прошу вас… мисс Бодон не в себе…

— По чьей же вине, Карн? — ледяным тоном осведомился принц. — Грубое обращение вряд ли способно успокоить даму. Несколько недель назад мы могли бы поклясться, что вы неспособны на такой поступок. Вам следовало бы извиниться и покинуть зал. По правде говоря, я не понимаю, как вы здесь оказались.

Маркус побелел. Принц говорил с ним резким, непререкаемым тоном, порицая в присутствии посторонних. Худшего последствия парижских событий нельзя было и представить.

— Сэр, позвольте мне объяснить… — начала Франческа.

— Это ни к чему, мисс Бодон, — с улыбкой прервал ее принц. — Вы ни в чем не виноваты.

— Дело не в этом, сэр. Я хотела бы пояснить, почему лорд Карн невиновен в тех грехах, в которых его обвиняют.

— Франческа!

— Право, сэр, что может знать об этом женщина?

Отчаянный возглас Маркуса и презрительное замечание Кокера прозвучали одновременно.

Принц бесстрастно взглянул на них обоих, и Франческа впервые заметила в его поведении признаки царственного величия.

— Милорды, будьте любезны, позвольте мне разобраться в этом деле самому! Вы правы, Кокер, мисс Бодон вряд ли подозревает об истинной сущности… наклонностей лорда Карна — назовем это так, — но ее слова кажутся мне весьма убедительными. Это любопытно!

Маркус сделал глубокий вдох и шагнул к принцу.