— Я отведу вас прямо к Мадди. Думаю, увидев ее, вы успокоитесь. Она была больна, но уже поправляется.

Франческа с трудом отвела взгляд от одной из нимф, на едва прикрытой груди которой виднелась пчела, и спросила:

— Но… почему она здесь, графиня?

Графиня остановилась на ступеньке.

— А разве вы не знаете? Уже три месяца ваш отец не присылал Мадди деньги — с тех пор, как он в последний раз навестил ее.

— Он посылал их! Его поверенный в Лондоне…

— …клянется, что отправил деньги? Я тоже так думала, — с довольным видом кивнула графиня, продолжая подниматься. — Так я и говорила Мадди. Ричард не забыл про нее. Если бы Мадди не была больна, думаю, она поверила бы мне и выяснила, в чем дело. Наверняка всему виной какое-то мошенничество. Я никогда не доверяла ее дворецкому и могу поклясться, что это он во всем виноват. Но почему… сюда приехали вы, мадемуазель? Почему Мадди не разыскивает ваш отец?

Пока Франческа объясняла обстоятельства ее визита, они достигли верха лестницы и свернули в широкий коридор, по обе стороны которого располагались резные двери. И вновь основным мотивом узора были нимфы, пчелы и цветы, хотя здесь нимфы были изображены в менее скромных позах. Франческа заморгала, увидев одну особенно непристойную картину, и поспешно отвела глаза. Они повернули налево, в дверь, задернутую полупрозрачной розовой драпировкой, расшитой золотом. Здесь в воздухе витали запахи роз и каких-то крепких экзотических духов.

Франческа хотела спросить у графини, что это за аромат, но ее внимание привлекла глубокая полукруглая ниша чуть в стороне. Стены в ней были обиты темно-красным Дамаском, а в центре виднелся маленький фонтан. Белая мраморная нимфа с небрежной фацией плескалась в бассейне. Франческа почувствовала, как румянец проступает на ее щеках. Статуи, вывезенные лордом Элгином из Греции, были гораздо благопристойнее этой. Она поспешила догнать графиню.

— Я понятия не имела, где находится Мадди, иначе я давно написала бы ей. Где же мы?

— Это вам известно, мадемуазель Бодон. Вы в «La Maison des Anges».

— Да, но… — Франческа с сомнением оглянулась на мраморную статую и замолчала. Еще раз повернув налево, она оказалась в скромного вида коридоре без дверей и драпировок, где ощущался слабый аромат лаванды.

— Мадди часто рассказывает о вас. Она любила и вас, и вашу мать.

— Вы давно знакомы с ней?

— Мы росли вместе. — Они подошли к концу коридора. Графиня начала подниматься по узкой лестнице. Запах лаванды постепенно усиливался. — Вышли замуж и родили детей мы тоже почти одновременно. А затем на остров налетел ураган, и мы обе потеряли все… все. После этого мы покинули остров — оставаться там было невыносимо.

— Мадди отправилась в Сент-Март. Она стала моей няней.

— Знаю. А я уехала во Францию. Вот и комната Мадди, мадемуазель. Подождите минутку.

Увлеченная разговором, Франческа не смотрела по сторонам. Только теперь она увидела, что они находятся в неприхотливо отделанной части дома, перед простой деревянной дверью безо всякой резьбы и росписи. Графиня скользнула за дверь, и Франческа услышала ее быстрый шепот, а затем кто-то другой радостно вскрикнул. Франческа узнала с детства любимый голос. За дверью раздавались бесчисленные вопросы и ответы. Слов было не разобрать, хотя наречие напоминало то, которое Франческа слышала в детстве в Сент-Марте. Вскоре графиня вышла.

— Мадди обезумела от радости, услышав о вашем приезде, но она еще очень слаба, постарайтесь не утомить ее, мадемуазель Бодон. Прошу прощения, но я слишком занята, чтобы побыть с вами. И… умоляю вас, не выходите из этой комнаты, пока я не вернусь за вами. — Она открыла дверь, кивнула и удалилась.

Франческа не стала смотреть ей вслед — ее внимание привлекла женщина, сидящая в кресле у окна. Мадди раскрыла объятия, и Франческа с радостным возгласом бросилась к ней.

Маркус прибыл в Париж вскоре после Франчески, опоздав на сутки. Он направился прямо в отель, где остановилась Франческа, и нашел мадам Элизабет в одиночестве. Побывав на улице Люксембург, он выяснил, что дом по-прежнему заперт и пуст. Франчески там не оказалось, но уличный мальчишка видел, как днем к дому подъезжала англичанка. Куда она отправилась потом, мальчишка не ведал.

Когда Маркус вернулся в отель, Франчески все еще не было, а мадам Элизабет начинала волноваться. Сделав все возможное, чтобы успокоить старую даму, Маркус поспешил в британское посольство и некоторое время беседовал с неким мистером Перси Гардинером, одним из своих ближайших друзей. Известия, сообщенные Перси, ошеломили Маркуса.

— Боже милостивый! Ты уверен? Значит, «La Maison des Anges»?

— Вот именно. — Мистер Гардинер с любопытством взглянул на него. — Но что тебя так взволновало? Эта дама — твоя близкая знакомая? Нет, этого не может быть! Мадлен Лашасс годится тебе в матери, дорогой мой Маркус!

— Лично я с ней незнаком. Я… разыскиваю ее по просьбе одного знакомого.

Мистер Гардинер скептически усмехнулся.

— Тогда лучше посоветуй этому знакомому держаться от «La Maison des Anges» подальше. Господи, ты себе не представляешь, что там творится, в этом шикарном борделе с экзотическими обычаями!

— Я должен вытащить ее оттуда.

— Не вздумай и приближаться к этому вертепу, Маркус! — воскликнул мистер Гардинер, позабыв о сдержанности. — Какого дьявола ты задумал? Забудь о своих планах! Неужели никто не может вызволить оттуда эту даму, кроме тебя?