Где-то внизу хлопнула дверь, Билл насторожился, вжался в стену, чтобы его не заметили с нижней площадки, прислушался к быстрым, тяжелым шагам. Кто-то шел к конторке администратора. Билл выпрямился и начал спускаться вниз. Администратор с кем-то разговаривал, слышались отрывистые голоса, но Билл не мог разобрать ни одного слова. Потом голоса стихли, только бормотал телевизор.

Билл сбежал с лестницы, на площадке первого этажа замедлил шаг и вошел в запущенный вестибюль, провонявший дешевым табаком и мускусным одеколоном. Администратор отвел глаза от экрана телевизора, на котором вовсю веселились куклы; увидев Билла, он повернул голову и с любопытством оглядел лестницу — не идет ли вслед за ним Кельтум? — и снова перевел глаза на Билла, на лице его застыл наглый вопрос.

Билл осклабился и надул щеки, изображая усталость.

— Вернусь через пару минут. Нужно передохнуть! — Он снова ухмыльнулся и направился к выходу, провожаемый хмурым взглядом.

Только он подошел к парадной двери, как вдруг тишину разорвал рев двигателя. БМВ Кхури сорвался с места и со свистом понесся в сторону перекрестка. Билл подождал, пока он не исчез за углом, визжа шинами. Еще не утих грохот и не рассеялась в воздухе вонь выхлопных газов, а он уже быстрыми шагами входил в соседнюю лавку.

Вскоре он возвратился в гостиницу и прошел мимо администратора, прижимая к груди упаковку с шестью банками кока-колы, арабский лаваш и сумку с дешевой бакалеей. Решительно улыбнувшись в ответ на презрительный взгляд администратора, он, перепрыгивая через три ступени, поднялся по лестнице и с шумом распахнул дверь своей комнаты, не стараясь больше не шуметь.

Кельтум резко подняла голову. Какое-то мгновение она непонимающе смотрела на Билла, потом, тихо охнув от испуга, натянула на себя простыню и с отвращением огляделась.

— О, — слабым голосом произнесла она, опуская голову на подушку, и рассмеялась. — Мне почудилось что-то ужасное.

Билл улыбнулся ей в ответ.

— Ну хотя бы то, что я снял с вас туфли! — Улыбка исчезла. — Послушайте. Нам нужно непременно встретиться с Лантье. Так что скорее просыпайтесь и побежали.

Она взглянула на часы и широко раскрыла глаза.

— Неужели пора? Поспать бы еще…

— Вам действительно нужно поспать, но мы должны поскорее убраться отсюда. — Он схватил полиэтиленовую сумку, которую они привезли с собой в такси, и взгромоздил ее на комод.

Кельтум подняла голову и смотрела, как он вынимал из сумки короткую отвертку и небольшой ломик.

— Интересно, что это у вас там. Зачем все это?

Билл показал подбородком на пол.

— Кхури только что уехал, вот я и собираюсь еще раз обыскать его комнату. Прямо сейчас.

Лицо ее помрачнело, она соскочила с кровати, стараясь держать колени вместе, и коснулась его руки.

— Но это же небезопасно. Откуда вам известно, что он уехал надолго?

— Мне ничего не известно, — пожал он плечами, — но зачем ему сейчас возвращаться? Он, как и все, уехал на работу: собирать дань с девок, проверять запасы в магазинах для дураков.

— Где?

— Да так, ерунда. Во всяком случае, я намерен основательно перерыть логово этого сукиного сына, прежде чем мы уйдем. Он крепко приложил руку к тому, что с нами случилось. Если я что-нибудь найду у него, обязательно покажу Лантье. Ждите здесь и будьте наготове. Я пробуду там всего лишь несколько минут. А если услышите подозрительный звук, смывайтесь. Хорошо?

Кельтум кивнула и вдруг протянула руку, снова дотронулась до его рукава и посмотрела на него снизу вверх внезапно просиявшими глазами.

— Уильям, пожалуйста, будьте осторожны!

Он легонько накрыл ее руку своей и кивнул.

— Не беспокойтесь. Прислушивайтесь и при первом же сигнале опасности бегите. Вы и так достаточно пострадали из-за меня.

Билл сунул инструменты в карман и вышел из комнаты. Он спустился по лестнице, подошел к комнате Кхури и постоял, приложив ухо к двери.

Тишина внизу, возле стойки администратора, взорвалась пьяным смехом. Где-то вверху спустили воду в туалете, хлопнула дверь. До него долетали отголоски жалкого бытия, бормотание телевизора, храпение, шарканье ног, в комнате же было тихо.

Он ощущал биение своего сердца. То, что он сказал Кельтум, возможно, было правдой: Кхури вряд ли был днем дома, скорее всего, он проводил время в сумрачных барах на площади Пигаль или на улице Сен-Дени, где паслись его девки и находились его грязные заведения. Но не исключено, что мог что-то забыть дома и вернуться, а может, на его грязной постели спит женщина, которая при виде Билла поднимет адский шум. Он вынул из кармана ломик и прижал к боку. Изготовившись к обороне, поднял другую руку и постучал в дверь. Напряженно прислушался. Ни звука, ни шороха. Он снова постучал. Подождал еще несколько секунд и вставил плоский раздвоенный конец ломика между косяком и хлипкой дверью в семи сантиметрах выше замка. Отвертку он всунул пониже замка и, крепко держа обе ручки, резко дернул инструменты к себе.