— Я не вполне тебя понимаю, — сказал Джо.

— Мэрибет — чудесная женщина, — сказал Верн. — Но разве не интересно попробовать для разнообразия с какой-нибудь другой? Ты знаком с Эми Кенсинджер? Ей очень нравятся парни в форме, которые носят оружие и работают на свежем воздухе.

— Ты же не об этом пришел со мной побеседовать.

Верн хмыкнул, взял со стола бумажную салфетку, сложил ее прямоугольником и вытащил из кармана рубашки ручку.

— Вот, смотри, это — штат Вайоминг, — сказал Верн, рисуя план: границы Йеллоустонского парка на северо-западе, хребты Скалистых гор сверху донизу.

Он нашел рычаг, которым приводился в действие механизм кровати, и поднял изголовье, чтобы Джо было лучше видно.

— Сейчас идет строительство двух трубопроводов. — К востоку от гор Верн провел с севера на юг две жирные линии. — От месторождений природного газа в Альберте через Монтану и Вайоминг. Важно первыми подключиться к энергосистеме Южной Калифорнии. «Интервест ресорсез», мои новые хозяева, — хорошие парни. «Канкал», наши соперники, — плохие. Каждой компании строительство километра трубопровода обходится в шестьсот тысяч долларов. Тот, кто доберется до цели первым, заработает миллиарды. Второй — проиграет все.

Верн нарисовал трубопровод «Канкала» — он шел по бассейну реки Паудер к центральной части Вайоминга, а затем через хребет Уинд-Ривер резко сворачивал влево.

— «Канкал» хочет получить от природоохранных служб разрешение тянуть трубопровод до Лос-Анджелеса. — На месте Лос-Анджелеса Верн изобразил несколько значков доллара.

Джо кивнул. Уже больше года в штате поговаривали о соперничестве двух компаний. Он следил за тем, как Верн доводит до конца линию трубопровода «Интервеста».

— С парнями из «Интервеста» я познакомился пару лет назад. Они приехали в Садлстринг и связались со мной, потому что я здесь знаю всех. — Верн коротко хохотнул и пододвинулся поближе к Джо. — Они изучили топографические карты и поняли, что, если удастся провести трубопровод через горы Бигхорн, они выиграют шесть месяцев и в Калифорнию придут первыми. Меня они спросили, возможно ли это. Я сказал, что все получится, если только они найдут правильного человека, который договорится с землевладельцами и с властями штата. «Найдите такого парня и выдайте ему чековую книжку», — сказал я тогда.

Джо развернул салфетку в свою сторону и увидел, что трубопровод идет прямо через горы и долину Твелв-Слип.

— Естественно, таким человеком оказался я, — продолжал Верн. — Я договорился о нормальной зарплате, а еще — об одном проценте акций компании. Поклялся, что путь для их трубопровода обеспечу.

— И тебе это удалось?

— Разрешения от землевладельцев получены, мы ждем, когда даст добро Служба охраны лесов, тогда можно будет действовать. Джо, Садлстринг умирает. Трубопровод обеспечит всему штату богатство и процветание. Это будет как нефтяной бум начала восьмидесятых. И люди опять получат хорошую работу.

Джо покачал головой. Да, Верн — игрок, но сейчас он поставил на карту слишком многое.

— «Интервесту» нужен был человек, которому все доверяют. А ты, Джо, такой же.

— Ты хочешь предложить мне работу?

— Я провожу рекогносцировку.

— И сколько я буду получать?

— В три раза больше, чем сейчас. Пока существует этот проект. Лет пять или десять, а может, и подольше. Кто знает? Есть возможность и акционером стать.

Джо бросило в жар. Верн словно догадался, о чем думал Джо прошлой ночью.

— Джо, у тебя жена и дети. Ты замечательный парень. А теперь еще и героем стал. Если разговор поведешь ты, в твоей искренности никто сомневаться не будет. Ты же заслуживаешь лучшей жизни. — Верн сунул ручку в карман. — Позвони мне, — сказал он, вставая. — И не затягивай с этим.

Когда Верн ушел, было уже довольно поздно, но Джо настоял, чтобы его отпустили домой.

Сворачивая с шоссе на гравийную дорогу, ведущую к его дому, Джо думал о Мэрибет и дочках. Сейчас они уже дома. От разговора с Верном у него остался неприятный осадок.

Самые простые действия — выключить фары, вытащить ключ зажигания — давались ему с трудом. Он еле выполз из пикапа. Последние несколько часов Джо держался лишь потому, что мечтал оказаться дома. Пуля, рикошетом попавшая в него, застряла в скуле. Вынули ее легко. Но шрам останется на всю жизнь.

Первым человеком, которого он увидел, войдя в дом, была его теща Мисси Ванкерен — она лежала на диване, вокруг были веером рассыпаны глянцевые журналы. Она была коротко пострижена и выглядела моложе своих лет. Мисси жила в Финиксе, где у нее был роман с бешено богатым телевизионным магнатом, за которого она собиралась замуж.