Малкольм съежился в своем кресле. Вид у него был подавленный. Вскоре дверь в офис отворилась, и на пороге появились три человека, решительно направившихся к незадачливому бизнесмену. Памела отвернулась и вышла из кабинета. Меня ждет Дейк, твердила она себе. Еще несколько секунд и она будет рядом с ним, сможет прижаться к его груди. Ей сейчас так нужна была поддержка Дейка Дальтона.

— Памела! — окликнул ее отец.

Памела остановилась.

— Пойми, это чистейшее недоразумение! Все будет хорошо. И кроме того, никто ведь всерьез не пострадал.

Никто… всерьез не пострадал?!

Памела подумала о Рэнсоме, все еще не оправившемся от удара, который чудом не прикончил его. Вспомнила, какой сама испытала ужас, оказавшись в руках Гэса. Она тогда не сомневалась, что негодяй убьет ее. Подумала о Дейке, вступившем в борьбу, чтобы защитить ее и Рэнсома. А потом подумала о Талисмане Фрэнка, о Премии, о Смельчаке. И даже о Красавце.

И, не оборачиваясь, девушка решительно зашагала прочь.

— После продажи компании ты станешь богатой молодой леди, — задумчиво сказал Рэнсом за утренней чашкой кофе. Дядя с племянницей завтракали на крыльце, наслаждаясь утренней прохладой в преддверии жаркого летнего дня.

— Все, что я хочу, так это купить Красавца. — Памела была совершенно искренна. Ей хотелось купить каштанового жеребенка, который чудом избежал гибели, и больше ей ничего не надо было. — Так что распоряжайся деньгами, которые мы получим, по своему усмотрению.

— Ну, — задумчиво протянул Рэнсом, — я просто подумал о том, чтобы заплатить из них Дейку. Теперь-то мы можем себе это позволить.

Это было первое упоминание имени Дейка за те две недели, что прошли с тех пор, как детектив, погрузив свои пожитки в фургончик, укатил прочь. После встречи Памелы с отцом Дейк стал очень немногословен и необщителен. Он ждал Памелу у офиса, обнял, утешил ее, отвез на ранчо — но тут же исчез. И Памеле одной пришлось открывать Рэнсому глаза на предательство и вероломство Барта Малкольма. И потом, случайно отправившись выяснить причину необычно громкого мяуканья Идола, девушка обнаружила, что Дейк складывает вещи, собираясь в дорогу.

— Мне еще много о чем надо позаботиться, — проговорил он на прощание.

А чего ты ждала? — спрашивала себя Памела. Объяснения в любви? Предложения руки и сердца?

— Надеюсь, когда-нибудь ты отыщешь то, что исцелит тебя, Дейк, — только и сказала ему Памела.

…Голос Рэнсома прервал поток мучительных воспоминаний.

— Так что ты думаешь по этому поводу, Памела? Он ведь занимался нашими делами во время своего отпуска, сама знаешь.

Да, она знала. Это был первый его отпуск за последние пять лет. Со дня похорон Дэкса.

— Отличная идея, — проговорила она. — Пошли ему чек, как только придут деньги.

Памела была рада, что ее голос прозвучал так невозмутимо.

— Мне жаль, что так все вышло с твоим отцом, милая.

Милая… Это короткое слово мгновенно вернуло ее в тот день, когда Дейк назвал ее так, и тут же сам того испугался.

— Барт ведь был еще и твоим братом, — сказала Памела, отгоняя воспоминания о Дейке.

Рэнсом уныло хмыкнул.

— Я постарался забыть об этом много лет тому назад.

Наступило долгое молчание. Памела снова откинулась на качалке. Казалось, монотонность движений каким-то таинственным образом успокаивает ее.

— Знаешь, — продолжал Рэнсом с горечью в голосе, — очень больно разочароваться в ком-либо. Но еще хуже разочароваться в себе самом. На то, чтобы справиться с этим, может уйти чертовски много времени.

Глаза Памелы были устремлены на то место на перилах, где любил сидеть Идол. Она очень скучала по серому корноухому разбойнику. Ей так и не удалось найти свой платок. Иногда, хоть это было и глупо, она гадала, может, он и сейчас у кота.

— Я говорил ему, что он никогда не терял мужества. Лишь уверенность в себе. Лишь дорогу в жизни.

Памела понимала, что дядя говорит о Дейке. Она вскинула на него глаза. Не в обычаях Рэнсома было проявлять подобную прямоту в таких деликатных вопросах. Да и его явное уважение к Дейку до глубины души поразило девушку. Прочитав во взгляде дяди теплое сочувствие и печаль, она поняла, что от него ничего не утаилось.

— Конечно, чего же еще оставалось ждать, — виновато промолвила она. — Высокий красивый ковбой и глупая деревенская девчонка. Совсем как моя мать…

— Памела, не говори ерунды! Ты совсем не такая. Ты же знаешь, что не такая. И Дейк тоже совсем другой, не сравнивай его со своим отцом.

— О да! Совсем другой. Только я никак не пойму — какой именно. — Девушка отставила чашку и резко переменила тему. — Съезжу-ка я проверю, как там дела у того бычка, который на прошлой неделе запутался в колючей проволоке. Его рану нельзя запускать.

Всю дорогу Памела старалась думать только о хорошем. Во-первых, Рэнсом чувствовал себя гораздо лучше. Он полностью поправился и от болезни, и от сотрясения мозга. Во-вторых, они с дядей все же сохранили ранчо, а известия об истинной причине всех бед распространились в коннозаводческом мире так же быстро, как недавно распространились там дурные вести. Так что репутация Малкольмов не пострадала. И, в-третьих, Памела не потеряла Красавца, напротив, он скоро станет ее собственностью.