Нужно сказать в этой главе о заграничных поездках.

О первой читатель не забыл: Америка, 1917.

Вторая: 1928 год, Лондон, Международная топливная конференция.

Третья: 1933, Вашингтон, XVI геологический конгресс.

Четвертая: 1936, Женева, Конгресс защитников мира.

Губкин первый советский ученый, которому советская наука предоставила право произнести слово в защиту мира.

На геологическом же конгрессе Губкин возглавлял советскую делегацию. Он представил доклад «Тектоника юго-восточной части Кавказа в связи с нефтеносностью».

«Доклад произвел сильное впечатление. Меня проводили шумными аплодисментами. После доклада на другой день меня многие поздравляли», — гордо сообщает он жене.

Он вез с собою приглашение от Советского правительства: следующий Международный геологический конгресс, намеченный быть в 1937 году, провести в Москве.

«В этот день от имени Советского правительства огласил приглашение следующий конгресс организовать у нас. Мое заявление принято многими членами аплодисментами, но мы встретили неожиданную оппозицию со стороны английской делегации. За кулисами конгресса ведется какая-то интрига против нас».

Доклад Ивана Михайловича был издан в Москве отдельной книгой и сразу переведен на английский язык.

Решение ученых-геологов следующий высший свой форум провести в столице социалистического государства не без оснований рассматривалось за рубежом как большая политическая победа Советов: признание заслуг советской науки, самостоятельности и оригинальности советской научной школы. Международные геологические конгрессы проводятся раз в четыре года. На них собираются крупнейшие ученые мира, исследователи земной коры. Выбор страны-организатора очередного форума всегда проходит в обстановке несколько нервозной: ею может стать лишь та держава, где научные изыскания протекают свободно и в демократической атмосфере.

Немалую долю заслуг в этой победе советские деятели науки законно приписывали руководителю их делегации. Действительно, авторитет Губкина среди зарубежных ученых был к тому времени необычайно высок. С ним переписывались виднейшие геологи Англии, Франции, Германии и Америки; они внимательно и заинтересованно следили за его полемикой с Калицким, в ходе которой ревизии подверглись многие гипотезы нефтяной геологии; и, уж само собой разумеется, с восхищением следили они за открытиями месторождений полезных ископаемых в СССР; открытиями, которые или прямо принадлежали Губкину, или были как-то связаны с его именем.

И поэтому, когда они, наконец, собрались в Колонном зале Дома союзов летом 1937 года, то единодушно избрали Ивана Михайловича Губкина президентом XVII Международного геологического конгресса.

«Я особенно высоко ценю выпавшую на мою долю честь, — ответил он во вступительном слове, — еще и потому, что настоящий конгресс, собравшись на свою XVII сессию в исключительно трудный и напряженный в международном отношении исторический момент, уже самым фактом своего созыва, свидетельствующим о международной солидарности представителей научной мысли, вносит свою лепту на ту чашу весов, над которой сверкает надпись «Мир»!»

Надо сказать, что Иван Михайлович был к тому же председателем оргкомитета конгресса, а должность эта крайне хлопотливая: не только надо было все предусмотреть и подготовить, не только проследить за своевременным и точным переводом всех поступающих тезисов докладов и публикацией их (а потом и публикацией Трудов конгресса), но и организовать предконгрессные и послеконгрессные экскурсии по примечательным геологическим местам страны. Такова традиция. Губкин великолепно выполнил и эту задачу. Некоторые группы повел он сам. Кажется уж, дел по самую, как говорится, макушку, но Губкин успел подготовить и научный доклад, вскоре также изданный отдельной книгой и переведенный на европейские языки.

Между прочим, прочитал он свой доклад на русском языке, и тогда-то впервые русская речь зазвучала с трибуны конгресса. Дело в том, что Иван Михайлович добился признания родного ему языка официальным языком конгрессов; до этого же доклады должны были представляться либо на английском, либо на французском, испанском, немецком. С тех пор советские геологи делают свои доклады на русском языке.

Конгресс 1937 года, по общему признанию, прошел плодотворно, интересно и дружно. Советские геологи чрезвычайно гордились тем, что Иван Михайлович был избран президентом, что работы его столь высоко оценены за рубежом.

Между прочим, иностранные делегаты наперебой расхваливали редактируемый им журнал «Нефтяное хозяйство», рассказывали, как популярен он во всем мире. Статьи из журнала реферируются, переводятся и перепечатываются во многих странах.

Название журнала знакомо читателю: оно упоминалось в нашем повествовании. Посвятим «Нефтяному хозяйству» несколько абзацев. В самом начале своего существования журнал обратил на себя внимание Владимира Ильича; эпизод этот общеизвестен, давно уж «хрестоматийным глянцем» покрылся, но стоит полностью его привести, обратившись к воспоминаниям Ивана Михайловича.