Ее молчаливый протест не остановил Криса, который, похоже, без всякого смущения преодолел порог интимности, казавшийся Дженифер священно неприступным. Не обращая внимания на слабые попытки сопротивления, он беззастенчиво и бесстыдно укротил ее ласками, отточенными, несомненно, в многочисленных любовных схватках с куда более опытными противниками, чем Дженифер.

Ее тело откликнулось на его манипуляции с готовностью и благодарностью дождавшегося дождя засеянного поля. Сотни и тысячи зернышек, получив живительную влагу, раскрылись и пустили ростки, устремившиеся из глубины к поверхности. Дженифер казалось, что еще немного, и они прорвутся из-под кожи, и тогда она лопнет, как набухший бутон.

В тот миг, когда давление этих пробудившихся сил стало невыносимым, когда по ее телу прокатилась первая волна приближающейся бури, Крис приподнялся, давая Дженифер передышку.

И тут же где-то в дальнем уголке ее сознания прозвучал тревожный сигнал.

— Ты… я не хочу…

— Не беспокойся.

Ему понадобилось всего несколько секунд, но эти мгновения показались Дженифер едва ли не самыми длинными в жизни, и, когда он начал опускаться на нее, она уже дрожала от нетерпения. Крис вошел в нее одним ударом, настолько сильным и глубоким, что Дженифер лишь охнула.

Дженифер полностью отдалась заданному Крисом ритму, забыв обо всем на свете. Никогда прежде она не испытывала чего-либо подобного. Все чувства и ощущения пропали, осталось лишь пульсирующее наслаждение, нараставшее с каждым движением неутомимого смуглого тела.

Дженифер не помнила, как ее стоны переросли в крик, как ее ногти впились в плечи Криса, а ноги сомкнулись у него за спиной. Она перестала быть тем, кем была в последние годы, и превратилась просто в женщину, доведенную до исступления примитивной жаждой страсти.

Дрожь, сотрясавшая ее тело, постепенно унялась, и Дженифер откинулась на подушку. Крис лежал рядом, нежно поглаживая ее плечи и грудь, покрывая ее лицо легкими, как прикосновение крыла бабочки, поцелуями.

Она чувствовала себя так, словно ее раздели и выставили голой в витрине магазина. Как могло случиться, что едва знакомый мужчина сумел заглянуть в ее душу, познать все ее тайны и самые сокровенные желания? Как могло случиться, что она впустила его в свое сердце?

Слезы катились по щекам Дженифер, и Крис осушал их поцелуями. Сердце его сжималось от жалости и сочувствия к этой чудесной женщине, открывшейся для любви и ощутившей теперь, свою уязвимость.

Наверное, Дженифер так и уснула бы, но Крис вдруг поднялся, легко, словно пушинку, подхватил ее на руки и направился к ванной.

— Что ты делаешь?! — воскликнула она.

Крис не ответил и, толкнув ногой дверь, вошел в большую, отделанную мрамором ванную.

— Мы не можем принимать душ вместе!

Крис рассмеялся.

— Почему?

Дженифер промолчала, понимая, что любой ее протест прозвучит сейчас просто глупо.

Крис поставил ее на ноги, открыл воду и включил душ.

— Я сама, — пробормотала Дженифер, когда он начал намыливать ей грудь. — Перестань.

— У меня это получится лучше.

Она попыталась оттолкнуть его, но с таким же успехом можно было пытаться передвинуть каменную стену.

— Крис…

— Мне нравится слышать, как ты произносишь мое имя.

— Пожалуйста!

Похоже, он совсем не понимал, как действуют на нее его прикосновения, как смущает его близость.

— Если хочешь, можешь сделать со мной то же самое. Я не возражаю и даже буду признателен.

— Извини, но мне не до игр.

Дженифер действительно едва держалась на ногах. Силы быстро покидали ее, горячая вода расслабляла, к тому же тело, истерзанное бурными проявлениями страсти, ныло и требовало отдыха.

Наверное, Крис понял ее состояние. Он выключил воду, вытер Дженифер теплым толстым полотенцем и снова поднял на руки.

Ей показалось, что она уснула, еще не коснувшись головой подушки.

Крис погасил свет, прислушался к ровному дыханию Дженифер и, усмехнувшись, лег рядом.

Пробуждение напоминало подъем к свету из глубины, и, открыв, наконец глаза, Дженифер не сразу поняла, где находится. Чужая комната, чужая кровать…

Крис Манкузо!

Она осторожно повернула голову и обнаружила, что кровать пуста. Убедившись, что его нет и в комнате, Дженифер взглянула на часы и застонала. Надо же столько проспать! Она торопливо соскользнула с кровати, достала из сумки белье, юбку и блузку и побежала в ванную.

Через пятнадцать минут Дженифер, тщательно одетая, и причесанная, уже спускалась по лестнице с сумкой на плече. Из кухни доносился аромат тостов и свежесваренного кофе. Искушение было слишком велико, к тому же уйти, не сказав ни слова Крису, было бы просто верхом неприличия.