Я затолкала Эдварда в машину, и повернулась к Лэксу, а он только этого и ждал. Страстно сграбастав меня за талию, прижал к себе и поцеловал. В силе его поцелуя чувствовалось, что он соскучился, и это было отражением всего того, что ощущала я, просто не догадывалась пока была в компании Эдварда. Словно и забыла, как это хорошо, когда он рядом.

– Не смей засыпать, пока я не вернусь, - с обещающей усмешкой сказал мне Лэкс, и я лукаво рассмеялась.

– Если я засну, ты меня можешь разбудить.

Лэкс с трудом заставил себя расцепить руки за моей спиной, и помог мне сесть на заднее сидение, где Эдвард уже начал распевать похабную песенку. Всю дорогу к домику, я только то и делала, что затыкала ему рот, и старалась удержать на сидении, чтобы он не лез целоваться к таксисту, так как тот напоминал ему Брюса Уилиса. Пару раз он поцеловал и меня, но не в губы, хотя думаю как раз на это и нацеливался.

Мне было ужасно стыдно перед таксистом, и я только о том и думала, как завтра все это буду рассказывать Эдварду и взывать к его совести. Я надеялась, что как только мы приедем домой, я смогу уложить Эдварда спать, но пока я расплачивалась с таксистом, Эдвард умудрился сбежать за дом. Уговорами я смогла увести его в дом. И даже на кухню, в надежде что крепкий кофе поможет немного протрезветь ему. я то злилась, то хохотала над ним, но вскоре кофе, а может и усталость начали действовать. Эдвард уже не был таким активным, но все еще очень пьяным, хотя иногда его речь и смысл слов, были вполне нормальными.

За несколько дней съемок я ужасно устала, и все это особенно сильно накатило на меня сегодня, наверное из-за выпитого мартини. Потому мне очень хотелось поскорее пойти в душ и переодеться, и по мере возможности дождаться Лэкса. Зная его эгоизм, он все равно разбудит меня, так что я могла бы немного поспать. Но Эдвард все еще был способен на всякие проступки и шалости, он умудрился разбить две кружки, пока я не додумалась дать ему кофе в пластиковом стакане.

Я уже почти засыпала на локте, когда Эдвард вдруг решил, что должен дать мне совет по поводу наших с Лэксом отношений.

– Ты должна понимать…какой парень тебе достался. Лэкс это ведь моя мечта…всего лишь мечта, но я то знаю, что она реальна! – его язык заплетался, а еще время от времени он мило икал, и при этом каждый раз прикрывал рот рукой, как пятилетняя девочка округляя глаза: неужели это я выдал такой звук? – Ты должна всегда быть на его стороне, и никогда его не предавай. Особенно для него это важно после того, что случилось с той стервой.

Сначала я подумала что он говорит о нашем менеджере, с которой расстался, но Макс, так же говорил о чем-то, что случилось намного давнее. Что это за история такая? Кори ни разу не упоминала обо мне ни о чем таком, и даже теперь, когда узнала что мы вместе, ни словом не обмолвилась. Может это было еще до нее?

– С какой стервой?

Эдвард вдруг стал таким серьезным, словно не пил вообще, а потом его прорвало на хохот, и он пытаясь погладить меня по голове пару раз ляпнул мне по уху.

– А то ты не знаешь?

– Может и знаю, а может я знаю о чем-то другом?

Думаю было подло пользоваться его состоянием, но услышать за один и тот же вечер, что-то что касается Лэкса и так и не узнать, что же это значит. Никто бы не смог устоять перед подобным соблазном. Я не могла.

– Ой, наверняка Лэкс тебе рассказывал о своей шибанутой девушке из колледжа!

– Нет. А почему шибанутой?

– Так это та девушка, которая обвинила его в изнасиловании…да об этом все слышали! – Эдвард еще что-то говорил, и при этом хохотал, а у меня перед глазами темнело и темнело, в ушах начинало свистеть и глохнуть, словно я отдаляюсь в какое-то темное пространство, смотря вперед перед собой – а впереди меня люк со светом, в котором все еще говорит Эдвард.

Я уже забыла о том, почему сидел на кухне, и о том, что волновалась за Эдварда, и на автомате пошла в свою комнату, а оттуда в душ, и начала тут же отчаянно себя тереть, стирать все следы, которые мог оставить на мне Лэкс.

Обвинение в изнасиловании…это правда? Если было лишь обвинение, а он не сидел, значит обвинение сняли? Потому что он уже тогда был знаменит? Потому что его отец был послом? Потому что он заплатил ей, откупился? Или же это было ложное обвинение? Но я не могла логично мыслить, а только оттирать себя, мне казалось повсюду на моей коже грязь, и я не могу ее смыть, словно вернулась на год назад, в ту ночь когда чудом избежала изнасилования. Я так же мылась в ту ночь, оттирала с себя следы их губ, рук, колена которое упиралось мне в пах.

Я как сомнамбула все еще не соображала что делаю, пока внизу не хлопнула дверь и я не услышала голоса Макса и Лэкса, а так же их смех, как только они вошли на кухню и видимо заметили Эдварда о котором я начисто забыла. Лишь после всех этих звуков я очнулась, и поняла, что собираю чемодан, кидая туда все подряд, но при этом даже как-то аккуратно. Теперь когда я поняла, что хочу уехать с Максом, хотя подсознание поняло это раньше, я стала складывать вещи аккуратнее и выбирая, что мне действительно будет необходимо. При этом я напряженно слушала и ждала, когда в комнату войдет экс чтобы найти меня, и при этом я была напугана, но другая часть меня вопила, о том, чтобы я подождала его и спросила обо всем. Правда ли это? И что именно правда?