Шрифт:
Сначала я очень подсела на балладу «Остатки парада», я читала слова, пела и играла, и не могла никак прекратить. Я все думала о том, что теперь узнав Лэкса получше, я понимала, какая у него глубокая личность. Его стихи были не менее прекрасными, чем музыка.
Одни строки не давали мне покоя:
«Ты ворвалась, останавливая движение.
Не было ничего такого, но была ты.
Я думал что это ничего не изменит,
Но я ошибался.
Мы бродили вдвоем,
Парад продолжался.
Ты ловила конфетти,
И собирала конфеты, протягивая их мне.
Но я видел лишь твои ладони,
Надеясь что в них найду твое сердце.
Остатки парада,
Взрывались в голове фейерверками
И музыкой,
Твоя ладонь, принадлежала мне,
Всего лишь один вечер. Один парад.»
Как читая такое, я не могла думать о том, что это могло происходить с ним. Что если Лэкс гулял так с Райли. Что же это был за парад? Парад за Независимость? Но тогда если все так, почему ему нравится целовать меня?
Значу ли я хоть что-нибудь для Лэкса, кроме того, что он меня хочет? И что же мне со всем этим делать?
Глава 15. Неожиданная презентация
– Боюсь планы изменились, - спустя две недели после того, как мы начали репетиция для нового альбома заявил Лэкс. Это было вечером, мы страдали ерундой за игрой в карты, и Шон с Эйтаном безбожно шулерничали против меня.
– С чего вдруг, и вообще какие планы? – даже не смотря на Лэкса спросил Шон. Он уставился в свои карты и хитро поглядывал на меня. – Что раскрываемся?
– Ага, щас. По глазам вижу, что вы двое уже что-то сделали! Хватит меня обманывать! Все я с вами не играю!!!
– Ты и так проиграла нам уже чесночный хлеб и две пиццы! – захихикал Эйтан, а Эдвард дал ему подзатыльника.
– Имели бы совесть, она ведь вам верит, гадам! – Эдвард листал один из журналов по созданию причесок, и одновременно наставлял парней, поддерживая меня.
Я украдкой разглядывала Лэкса, думая о том, как же хочу его обнять, но при парнях я такого сделать не могла. Наши отношения оставались на том же уровне, что и две недели назад. Когда мы с утра были одни, Лэкс ставал веселым, немного ироничным и очень нежным, он целовал меня, обнимал, держал за руку, и я учила его плавать. В доме же он возвращался к своей мрачной холодности, и при остальных вел себя так же как и раньше, хотя его часто прорывало, когда мы вдруг оставались одни. Он мог втащить меня в любую комнату и прижав к стене целовать, и ласкать руками, там где ему вздумается. Я даже не знала что думать по поводу такого поведения. Мы о многом говорили с ним, но только не об этих отношениях. По крайней мере никто из парней пока что не догадывался что происходит.
Шон так же перестал выделываться и вести себя как плейбой со мной, став просто другом, но иногда я перехватывала его взгляды устремленные на меня, и я задумывалась, так ли он не помнит что случилось на пляже. Когда я не была занята, то ездила в город с ним, и тоже о многом говорила – в основном о нем. С его рассказов я поняла, что он жалеет о том, что обидел одну девушку, но кто она такая, так и не сказал.
Помню как спросила его:
– Ты ее любил?
– Нет…не знаю, скорее она была мне так же близка как ты, но я не позволил ей стать кем-то действительно близким.
– Почему?
– Потому что с утра я отправил ее домой…и после этого она наконец-то увидела настоящего меня, и ей не захотелось быть с таким козлом. Это было нечто вроде проверки…
– По-моему это самая тупая проверка чьих-то чувств.
– Теперь я это понимаю, но не 5 лет назад.
– Да, ты козел!
Тогда Шон начистил мне макушку, и пригрозил что больше ничего не расскажет, но я знала что это не так.
А сегодня с утра, Эйтан заявил мне:
– Я боюсь даже подумать, что через 2 года ты от нас уйдешь.
– Почему? Это все из-за пиццы? – рассмеялась я, пытаясь скрыть неловкость и слезы от его слов.
– Нет, - Эйтан так же неловко рассмеялся, он не любил выражать свои чувства ни перед кем, но мне всегда говорил о них. – Ты не такая как Кори. Да, мы все ее любим, но она не могла бы стать тобой – чем-то вроде сестры для всех. Я даже иногда подозреваю, что Эдвард любит тебя больше чем Лэкса. Поверь, он вообще с женщинами не находит общий язык, так как завидует им – тебя он обожает.
– А ты? – я потрепала его по свежеокрашенной голове, труд моих рук.
– А мне нравится, что я могу чувствовать себя при тебе комфортно – мне не нужно притворятся. Я могу молчать весь день, и ты не будешь ныть по этому поводу. Ты подняла теперь планку для всех женщин мира в моих глазах.
– Твои слова меня пугают, - рассмеялась я, - но я думаю что все же частично дело в пицце!
Эйтан улыбнулся, и покачал головой обреченно:
– Ну ладно, процентов 75, это все же пицца.
И только Лэкс никогда не говорил мне ничего подобного. Я даже и не надеялась услышать от него слова, начинающиеся на «люб…», но мне хотелось бы знать, что он чувствует ко мне.