— Я пьян?

— Простите? — переспросил Ник.

— Говорю: я пьян?

— Гм... может быть... немного.

— Чему дивиться-то? — сказал Пэдди. — Разве рогатые кони — зрелище для рабочего человека?

— Что? — закричал Роланд. — Где? Где вы его видели?

— Привет, — сказал Пэдди. — Тяжелая выдалась ночь.

Роланд от нетерпения запрыгал на сиденье.

— А когда вы его видели? Сегодня? Здесь?

— Не приставай к нему, — бросил Дэвид. — Он тебя не понимает. Послушайте, Пэдди, расскажите нам, как это было. Мы слушаем.

— А-а, да вы мне не поверите.

— Поверим. Я вам обещаю. Пожалуйста, Пэдди.

— Ну ладно, — согласился Пэдди, — понимаешь, ка­кая это работа — платят-то шиш! — если нельзя немно­го подработать налево? Иду это я, значит, когда стемне­ло, туда, чтобы подобрать кое-что, что там без дела валяется. Там рядом есть такой двор, там еще старая ванна валяется, вот я под ней кое-что и припрятал, ясно? Иду, значит, я туда — и вдруг этот конь, белый как снег, а на башке — рог, даже смотреть страшно. Значит, учуял это он меня и — деру, ему наплевать, что я у него на дороге стою, шпарит себе напрямик. А я и грохнулся. Во как! Вы и не поверите...

— Не беспокойтесь, — сказал Николас. — Мы-то вам верим.

— И не поверите, — повторил Пэдди. — Я сам не по­верил.

Он сунул руку за пазуху и вытащил бумажник.

— Но когда я в пивной сидел, чтобы, значит, в себя прийти, я вот что нашел — они за пуговицу зацепились.

Он открыл бумажник: между двумя старыми конвер­тами лежало несколько прядей волос.

Ничего подобного дети в жизни не видели. Пряди были не белые и не серебряные. Это были пряди чистого света.

У Роланда перехватило дыхание.

— Дайте мне подержать, — попросил он.

— Ну нет, — сказал Пэдди и откинулся назад. — Я никому это трогать не дам. Добра от этого не будет. Я выпил, чтобы посмотреть, исчезнут они или нет, но они не исчезли. Я после каждой рюмки смотрел, но они все тут. Да, ночка выдалась тяжелая.

— Эй, приятель, чего ты здесь ждешь? — крикнул кон­дуктор. — Приехали, конец маршрута.

— А мы обратно поедем, — сказал Роланд.

— Пожалуйста, — согласился кондуктор. — У нас сво­бодная страна. А он куда едет?

— Домой, в Баллимартин, — ответил Пэдди. — Здесь я не останусь.

— Мы хотим выйти там, где он сел, — проговорил Роланд, протягивая кондуктору деньги.

— Минутку... — сказал Дэвид.

— О'кей, — ответил кондуктор.

Дэвид вынул из кармана Пэдди деньги за проезд и сунул туда еще один билет.

— Удачи, — сказал Пэдди и принялся читать свое ПИСЬМО.

Держал он его вверх ногами, но смотрел на него с восхищением.

Они вышли на углу освещенной газовыми фонарями. Пэдди от поездки словно полегчало.

— Вы нам покажете, где вы его видели? — спросил Роланд.

— И не подумаю, — ответил Пэдди.

— Подожди, Роланд, — произнес Дэвид.

— Пожалуйста, — попросил Роланд.

— Куда идти, покажу, но сам туда не пойду.

— Я тоже не пойду, — сказала Хелен.

Они дошли до следующего угла, и Пэдди инстинктивно остановился возле матовой двери пивной.

— Дойдете до конца следующей улицы, — сказал он — а там рукой подать.

Его внимание отвлекли звуки пианино и смех по ту сторону двери.

— Э-э... я, пожалуй, выпью чуток, чтобы не простыть, — сказал он. — Ночка выдалась тяжелая.

Он толкнул дверь. Шум из пивной вырвался на улицу, и Пэдди исчез среди множества посетителей, дыма и шума. Дверь захлопнулась.

Дети остались на углу. Улица туннелем уходила вперед; фонари были потушены; дома пусты.

— "Совпадение!" — повторил Роланд. — Больше ты ни­чего сказать не можешь? "Совпадение!" Меня от этого тошнит.

— Если ты думаешь, что мы потащимся к тем развали­нам, — заявил Дэвид, — ошибаешься.

— Но мы должны найти Финдгорна, тогда все будет хорошо, — настаивал Роланд.

— Мне страшно, — сказала Хелен.

— Ты вчера уже достаточно натворил, — вмешался Дэвид. — Знаем мы твои идиотские затеи. Никуда не пойдем. И не уговаривай!

— Нет, пойдем! — крикнул Роланд и побежал по тем­ной улице.

— Роланд! Не глупи! Вернись!

Голоса затихли.

"Они должны прибежать! Не могут они меня одного оставить!"