– Он мне предлагал стать Творцом новой Вселенной, данные которой принесли Синкреты, - проговорил Уилл, - я тогда не поверил ему, но теперь думаю, что это может быть правдой.

– Может быть, может быть, - загадочно отвечал додон.

Не вставая с кресла, он повернул свою красивую голову к озеру, и все посмотрели в ту сторону вслед за ним.

Над зеркалом миров клубился лёгкий туман, как будто предвещал чей-то приход. Кто-то собирался войти в главный зал дворца. В сверкающем искорками тумане образовалсь полупрозрачное уплотнение, потом искры осели, и выявилась фигура женщины.

Нереальная, похожая на светлый призрак, внутри которого волнами шли световые вспышки, но с человеческим лицом и явно различимыми очертаниями одежды, она походила на могущественную фею из древних сказаний.

– О, это Джамуэнтх!
– прошептал Джед, и на него изумлённо оглянулись оставшиеся трое: никто никогда не видел лица Императрицы Иллюзий! Фальконе первый, кому она себя явила! Что сделал он, чтобы заслужить такую великую честь? И что назревает теперь, что обещает это внезапное и торжественное появление самой таинственной фигуры Вселенной?

– Спасибо тебе, Джед, - произнесла она своим идеальным голосом, но чувствовалась в нём какая-то странная человеческая нотка - едва ощутимая теплота.

Поверхность воды в зеркале успокоилась, и вот из портала шагнула женская фигура нормального человеческого роста - отнюдь не гигантская.

– Я пришла, чтобы обсудить с вами, где пройдёт самое великое торжество нашего мира, - молвила она, проходя к праздничному столу,- Вы победители и заслужили право внести свое решение в этот вопрос. Я могла бы предложить более впечатляющую обстановку, но оставляю это вам.

С этими словами Джамуэнтх уселась в услужливо предоставленное дворцом кресло и посмотрела на победителей так, словно заранее знала их выбор.

– Здесь прекрасное место, - изящным жестом она обвела тронный зал бокалом, который тут же возник в её тонкой и безупречной руке.
– Всё, что нужно: достаточно места, портал, знакомая многим вашим друзьям обстановка.

– Вот хозяин, - кивнул на Валентая Пространственник, когда её глаза обратились к додону.

Прекрасные, прозрачные, бездонные озёра зрачков Нерождённой посмотрели на Уилла.

– Конечно, - ответил тот, заворожённый непроницаемой тьмой, что пряталась за видимостью женщины, и многими тайнами Вселенной, и бесчисленным множеством вариантов, которыми могла пойти судьба мира.

Она наклонила голову, как в знак благоларности и тут же исчезла, потому что Джамуэнтх не нужны порталы, чтобы приходить и уходить - бесплотной Императрице, никогда не облачающейся в тело, открыты все пути и все потаённые места в её Вселенной. Лишь на прощание повела прозрачной рукой в сторону озера, явно призывая к зрелищу.

Как будто ожидая этого внимания, вода озера пришла в лёгкое движение: над ней воспарил чуть заметный туман, в нём едва заколыхались тени, и вот из зеркала поднялись две явно различимые фигуры, их очертания заметно уплотнились, обретая убедительную чёткость материальности. И вот через край портала шагнули двое, легко спрыгнули на пол Аргентор и Наяна. Одеты не так, как были на острове, а с торжественной пышностью. В глазах их нечто удивительное, как будто ожидание волшебства. Они идут к своим друзьям, как будто возвращаются из долгой отлучки в тот дом, где их давно ждут. Дворец встречает их пением, как дорогих гостей. А следом из портала выходят ещё гости.

Выходит юноша и ведёт под руку Маргарет, как будто оберегает её и защищает. Джек Бегунок - его признали Джед и Уилл в этом молодом человеке. Это он, так странно почителен с потерявшей мужа и защитника Маргарет. Её лицо печально, исхудало, но даже в своей скорби она прекрасна. Прекрасные одежды на неё, и разряжена она, как восточная царица, но не радует её вся эта роскошь, а как будто тяготит. Встреченная заботливыми друзьями и нежной песней дворца, она утомлённо садится в кресло и жестом просит не обращать более на неё внимания. Но те и сами отвлекаются, потому что озеро выводит к ним новых гостей.

Моррис и Инга - герой и его Спутник. Он неуверенно смотрит в глаза товарищам, ожидая упрёка за свой малодушный промах в битве с врагом. Да, это он дал перевес врагу, и, если бы не Уилл и его друг Джед, Герои точно проиграли бы в этой битве. Но Инга смотрит независимо и уверенно, ей не нужно одобрение друзей Морриса - она точно знает, что не ошиблась в своём избраннике. Её облику, красивому, но неподходящему на роль высокопоставленной особы, придано особенным костюмом и сложной причёской некое благородство, но похожа она на королеву амазонок - с дерзостью и бесстрашием в глазах, насмешкой над теми, кто не понимает её выбора и царственной небрежностью. Она держит Морриса под руку, как жена. Их встречают, как друзей, без всякой тени фальши. Раз они здесь, значит, достойны.