Остин не любил терпеть поражение, но при этом никогда не унывал от неудачи. Именно поэтому он первым предложил тост:

— Поздравляю, Саксон. Как ты вышел на эту вещь?

Саксон сделал несколько глотков пива, а потом смахнул с усов пену.

— Немного удачи и хорошая обувь, — пошутил он. — Я исследовал все западное побережье Северной Америки, а потом, когда в огне сгорела моя копия судна, обратил внимание на восточное.

— А почему ты считаешь, что это был поджог? — спросил Остин.

— За несколько дней до пожара я получил от одного торгового дельца весьма заманчивое предложение продать свое судно. Я сказал, что эта копия является научным проектом и не подлежит продаже. А в конце той же недели мое судно сгорело дотла.

— А кто был покупателем?

— Ты уже видел его на презентации «Навигатора». Виктор Балтазар.

Остин вспомнил злой блеск в глазах Саксона, когда Балтазар вошел в помещение склада Смитсоновского института.

— Скажи, пожалуйста, как ты вышел на Чесапикский залив? — продолжал допытываться Остин.

— Я всегда считал этот район наиболее вероятным расположением страны Офир, поскольку именно здесь находились самые богатые золотоносные шахты. Кроме того, меня интересовало также русло реки Саскуэханна. Несколько лет назад в верхнем течении этой реки, в районе Меканиксбурга, что в штате Пенсильвания, были обнаружены глиняные таблички со странными письменами, которые, вполне возможно, являются древнефиникийскими.

— А что привело тебя к Телме Хатчинс?

— После пропажи «Навигатора» я впал в отчаяние и не знал, что делать дальше. В какой-то момент мне пришла в голову мысль приехать сюда и поговорить с любителями подводной рыбалки и сотрудниками местного исторического общества. Я вполне допускал мысль, что муж Телмы или скорее всего его верный друг могли проболтаться насчет своей находки кому-нибудь из друзей. С тех пор я начал тщательно собирать все слухи и сплетни, касающиеся затонувшего судна с сокровищами. В конце концов я узнал о Телме и выяснил ее адрес. Она сама предложила мне эту амфору, вероятно, подпав под мое обаяние.

— Вероятно, — улыбнулся Остин. — А как ты узнал о нашем приезде?

— Если НАПИ хочет и впредь оставаться тайной организацией, то я бы порекомендовал вам красить свои автомобили в менее приметный цвет, а не в чудесный бирюзовый. Я ехал на поздний завтрак и вдруг увидел вашу весьма примечательную машину. Не долго думая я проследовал за вами до лодочной станции, увидел, как вы выгружаете подводное снаряжение, механически запомнил ваш автомобиль, а потом проследил за вами, когда вы направились к дому Телмы. А сейчас могу ли я задать вам один вопрос? Как вам удалось выйти на след потерпевшего крушение судна?

Остин рассказал Саксону о второй статуе в Турции, а потом объяснил тайный смысл древней карты, начертанной на боку бронзового кота.

Саксон радостно засмеялся и всплеснул руками.

— Чертов кот! Я всегда подозревал, что в этой фигуре содержится нечто большее, чем в самой статуе. Возможно, именно эта парочка охраняла древний храм.

— Храм Соломона? — спросил Остин, вдруг вспомнив недавний разговор с Никкерсоном.

— Весьма вероятно, — ответил Саксон и нахмурил брови. — Интересно, почему люди, которые организовали похищение первой статуи, не смогли выйти на след этого древнего судна?

— Возможно, они не такие умные, как мы с вами, — пошутил Остин. — Сейчас амфора находится у вас. Могу я полюбопытствовать, что вы намерены с ней делать?

— Я уже открыл ее.

— Ну и что там было?

— Ответ на этот вопрос зависит от тебя, Курт. Полагаю, мы можем заключить некое соглашение. Мне нужны источники НАПИ, но только научно достоверные факты, а не золото или сокровища. Больше всего на свете мне хочется отыскать легендарную царицу Савскую. Охотно признаю, что по-настоящему одержим этой идеей.

Остин помрачнел, опустив кончики губ, а потом вопрошающе посмотрел на Завалу.

— Думаю, мы можем пойти на сделку с этим скользким и загадочным типом?

— Черт возьми, Курт, ты же знаешь мою неуемную страсть к романтическим приключениям. Я голосую «за».

К этому времени Остин уже принял единственно верное решение. Услуги со стороны НАПИ были скромной платой за бесценные научные знания Саксона. Кроме того, он не мог не восхищаться одержимостью этого человека и его упорством в достижении намеченной цели. Повернувшись к Саксону, он вперился в него пронзительным взглядом.

— Я готов заключить такую сделку, но при двух условиях.

Саксон заметно помрачнел.

— Ну и каково же первое условие?

— Ты должен откровенно рассказать нам о том, что находилось в амфоре.

— Я нашел там папирус, — без колебаний ответил Саксон. — А в чем заключается второе условие?

— Ты должен еще раз угостить нас пивом.

— Боже мой, Остин, ты бессовестно пользуешься своим преимуществом перед беспомощным человеком, — сказал Саксон, хитро подкручивая пальцами кончики усов.