именно, на народном собрании во II песни он требует удаления женихов, а против

предложения удалить Пенелопу к ее отцу даже энергично возражает.

В IV песни Телемах, спеша возвратиться домой для защиты матери, не хочет

остаться у Менелая, несмотря на его приглашение; если же прикинуть, сколько дней

прошло до его прибытия на Итаку, то окажется, что Телемах оставался у Менелая не

меньше 30 дней.

В IX–XII песнях Афина не играет никакой роли, в то время как в других песнях она

сопровождает Одиссея в качестве его руководительницы и помощницы.

Конец XXIII и вся XXIV песнь с ее рассказами о схождении женихов в Аид, о

приключениях Одиссея и о мятеже на Итаке производят впечатление присоединенных

чисто механически. В этом направлении высказывались еще александрийские критики.

2. Другие противоречия. Кроме сюжетных противоречий, у Гомера много всяких

других противоречий, так что любители разыскивать таковые всегда могли находить их

сколько угодно.

а) Культурно-социальные противоречия. Переходя от внешнего сюжета к его

внутреннему содержанию, мы сталкиваемся у Гомера с определенной картиной культуры

и социального развития, но эта картина весьма далека от полного единства и слаженности.

Основным противоречием является здесь то, что изображенная у Гомера культура в общем

является т.н. Микенской культурой (бесформенный кожаный щит, бронзовое оружие при

нападении; мотивы быка и льва, перешедшие в гомеровские сравнения, возможно, из

микенского изобразительного искусства; различного рода художественная

промышленность, вроде кубка Нестора, серег Пенелопы, перевязи Геракла и т.д.). Но

Гомеру известна и гораздо более поздняя культура: обрабатывается [27] у него не только

бронза, но и железо. Дворцы у него не только роскошные микенские, но и довольно

простые, как например у Одиссея на Итаке. Власть царя то прославляется в древним

теократическом стиле, то сводится на военные функции и трактуется весьма

непочтительно. Народ и воины то безмолвные исполнители, то восстают против царей и

критикуют их в гесиодовском духе. Гомеровские герои то беззаветные борцы за свой

народ, то капризные и раздражительные люди, для которых безразлична народная война и

которые рады гибели своих соотечественников.

б) Религиозно-мифологические противоречия. Противоречия этого рода особенно

поразительны. Зевс – верховный бог, но он многого не знает, что творится в его царстве,

его легко обмануть; в решительные минуты он не знает, как поступить; и в конце концов

невозможно понять, кого он защищает, греков или троянцев. Вокруг него ведется

постоянная интрига, причем часто вовсе не принципиального характера, какие-то

домашние и семейные ссоры. Боги постоянно вздорят между собой, вредят друг другу,

обманывают друг друга; одни из них почему-то стоят за троянцев, другие за греков. Зевса,

вообще говоря, мало кто признает. Однажды чуть было не стащила его с Олимпа его же

собственная семья. Не видно, чтобы он имел какой-нибудь моральный авторитет. Говоря о

своем превосходстве, он ссылается только на свою физическую силу.

Внешний облик богов изображается также противоречиво. Афина в V песни

«Илиады» такая огромная, что от нее трещит колесница Диомеда, на которую она

вступила, а в «Одиссее» это. какая-то суетливая и заботливая тетушка для Одиссея, с

которой он сам обращается без особого почтения. Такие боги, как Аполлон и Арес, просто

преступны, лишены чести и совести, которых изобличают и критикуют сами люди. В

конце концов невозможно понять, религия это или антирелигиозная пропаганда. Так же

противоречивы и гомеровские представления о душе и ее загробной судьбе: с одной

стороны, душа – это бессильная тень, лишенная памяти, чувства и слова. Она оживает

только тогда, когда напивается животной крови. С другой стороны, в Аиде имеются души,