— Разве они принадлежат не богу? — удивился Шеньшун.

— Нет. В нашем мире вещи достаются тем, кто смог заслужить их своим трудом.

— В нашем тоже, — пожал плечами восставший мертвец.

По пути, еще у въезда в Соликамск, они остановились у небольшого магазинчика, торгующего одеждой, и теперь мужчина выглядел вполне даже презентабельно: в яркой клетчатой сорочке из мятого льна, в белых брюках и открытых сандалиях он походил на обычного московского туриста, налегке возвращающегося из отпуска.

— К тому же, на поезде удобнее, — добавила женщина. — Мы спим, поезд идет. Сегодня такой длинный день, что у меня глаза сами собой закрываются, хоть спички вставляй. Я вскрыла могильник, я сбежала из экспедиции, я встретила человека из древней цивилизации. В голове полная пустота. Прости, я сейчас упаду… Помоги достать матрас.

Нуар послушно снял с верхней полки свернутую постель, Дамира быстро расстелила ее, разложила простыни, легла и почти мгновенно провалилась в небытие.

Разбудил ее звонок. Спросонок она не сразу сообразила, где искать телефон, долго шарила по сторонам, пока не нащупала штаны и не вытянула из кармана трубку:

— Алло?!

— Дамирочка, это ты? Ты где? Ты цела? Что с тобой? — узнала она взволнованный голос доцента.

— Со мной все в порядке, Сергей Олегович, — мотнула она головой. — Вы где?

— В Красновишерске, в больнице. Нас тут осматривают, но, вроде бы, все в порядке. А ты где?

— Я? — Руководительница экспедиции выглянула в окно. — Кажется, я в поезде. Кажется, на полпути к Москве.

— В поезде? Как ты в него попала, зачем?

— Даже не знаю… Сергей Олегович, мне причудился такой невероятный сон, вы даже не представляете!

— Если такой же, из-за которого с нашими девочками беседует местный психиатр, лучше держи его при себе. Боюсь, без долгого курса антидепрессантов их уже не выпустят. Говорят, всех нас кто-то траванул психотропными препаратами, и теперь у них стойкое расстройство психики.

— Вы хотите сказать, это была галлюцинация?! — растерянно пробормотала Дамира.

— Не знаю. Я ничего не знаю! Я помню только, как вошел в могильник, а потом темнота. В чувства меня приводили уже полицейские. Кстати, они очень хотели тебя найти.

— Да, я вспомнила, — кивнула женщина. — Я действительно возвращаюсь в Москву. Буду на вокзале в середине дня.

— Хорошо, тогда я следователю так и передам.

Археологиня отключила телефон.

— Просто удивительно, как много разных неожиданных вещей придумано в вашем мире, смертная, — прозвучал голос с верхней полки. — Этот маленький камушек позволяет разговаривать на расстоянии, я правильно догадался?

Рухнула последняя надежда пробудившейся женщины. Ее сон и явь безнадежно поменялись местами.

— Это называется «телефон», — прошептала она. — А в вашем мире, наверное, все пользовались там-тамами?

— Мы ничем не пользовались. Боги умеют говорить на много дней пути просто так, по своему желанию. Местные приказчики слышали их повеления и передавали смертным.

— И как они это делали?

— Просто говорили, — повторил нуар. — И кто должен был услышать, те всегда их прекрасно слышали.

Дамира подняла руку, потрогала спутника за колено.

— Вы так здороваетесь? — с интересом спросил нуар.

— Если это были психотропные препараты, значит, ты всего лишь психоз. Моя устойчивая галлюцинация. Эта теория хорошо бы все объяснила.

— Хорошо, — кивнул Шеньшун и перевел взгляд за окно.

— Ты согласен? — удивилась женщина.

— Моей миссией является познание этого мира, определение его безопасности, а не доказательство реальности своего существования. Считай меня своей болезнью, если так тебе будет легче исполнить клятву. Главное, чтобы ты ее исполнила.

— Мне не легче сознавать себя сумасшедшей! — огрызнулась женщина. — Я хочу знать, что настоящее, а что нет!

Она села на своей постели, потерла виски…

— Если ты психоз и порождение моего разума, то ты не можешь знать ничего такого, чего не знала бы я, — наконец произнесла она. — Мой мозг не способен вложить в тебя то, что ему самому неизвестно. И если ты скажешь что-то, чего я не знаю, то это значит, что ты настоящий. Но только это должен быть факт, который можно проверить.