— И все?! — невзначай поинтересовался хозяин, его явно волновала четвертая жена.

— Все… потом вы подошли, а что? — подыграла Яна, разыгрывая непонимание интереса к минутному разговору.

— Ну что ж, за встречу! — поднял рюмку заметно повеселевший Егор.

— За знакомство! — откликнулась Яна и опрокинула в себя рюмку клюквенной настойки, сразу ощутив аромат натуральной ягоды и крепость напитка.

— Вкусно… — этого тоже нельзя было не признать.

Послышались торопливые шаги трех жен Егора. Лица их раскраснелись, глаза блестели, словно они тоже успели приложиться к запасам в погребе. В каждой руке они несли по трехлитровой банке.

— Надеюсь, положите в салатники? — одобрительно посмотрел на их ладные фигуры Егор.

— А как вас хватает на стольких молодых женщин? — поинтересовался Рустем, и Яна с интересом посмотрела на его идеально красивый профиль.

— Ишь ты, что тебя интересует? Ты не забыл про свои обмороки?

— Про них я всегда помню, а сейчас хочу секрет узнать.

— Не при дамах, — притворно-смущенно проговорил Егор.

— Считайте, что я — ваш товарищ! — воодушевилась Яна, уже одурманенная запахом солений с чесночком и выпитой крепкой настойкой.

— Ну, во-первых, экология, чистые продукты, здоровый образ жизни, баня, закаливание… А во-вторых, есть одно средство на травах, жиру и хрене… Я тебе, молодой человек, дам.

— Да у меня пока нет проблем, — покосился он на Яну, которая чуть не подавилась от смеха.

— Кто же признается, — понимающе кивнул Егор, — но не волнуйся, дам, сам сможешь оценить силу снадобья. Хватит и на десять жен.

— Я — сторонник традиционных отношений! — почему-то за него ответила Яна и кивнула Егору: — Повторим!

Мужчин дважды просить не пришлось, они наперегонки бросились выполнять просьбу дамы. Жены в это время просто-таки заставили стол маринованными опятами и солеными лисичками, мелко-пупыристыми огурчиками, красными помидорами в рассоле, укропе и чесноке, маленькими патиссончиками и овощным сате.

Яна заметила, что жены Егора пытались предугадать любое желание своего властителя, но за стол вместе с ними не садились, видимо, не имели права. После четвертой рюмки она перестала замечать что-либо особенное, все окружающие люди стали казаться ей милыми, добрыми и приятными. Она побраталась с Егором, пропев дифирамбы о его гостеприимстве, хлебосольности и очаровательной улыбке, чего бы Яна ни за что не сказала на трезвую голову.

— Именем Фемиды объявляю вас мужем и женой, — сказала пышногрудая дама в сарафане необъятного размера, обращаясь к Яне и Егору. Со стороны Яны стоял подтянутый, статный Рустем в строгом черном костюме, а на противоположной стороне стояли четыре милые девушки, чем-то очень похожие между собой. Скорее всего, глупым выражением лица и полным отсутствием интеллекта в круглых глазах.

— Дорогая Яна, мы с большим удовольствием принимаем тебя к нам в семью и присваиваем тебе почетное звание жены номер пять.

— Почти как духи «Шанель» номер пять, — смутилась Яна, еще до конца не осознавая, рада она знаменательному событию или нет.

— Мы вместе будем выполнять нашу сложную задачу — ухаживать за не простым мужчиной, а за всеобщим духовным отцом.

— Я как-то хреново, поэтому… как его… — Яна пыталась собраться с мыслями, — не очень я хозяйственная, да и готовить не умею… Как я буду с отцом-то? Тем более с духовным…

— Нас много, и всегда найдется тот, кто приготовит ему борщ, — дружно ответили жены, все больше становясь похожими друг на друга.

— Правда? — обрадовалась Яна. — А то уж я испугалась, что не смогу влиться в вашу семью.

— Мы найдем тебе подходящее занятие, которое у тебя хорошо получается. Например, ты будешь рожать детей, — улыбались девушки.

— Я? — испугалась Яна.

— Конечно! Ты молодая, любимая жена, тебе и карты в руки.

Яна зарделась от удовольствия.

— В том-то и дело, что я не очень молодая и от силы согласна на двоих, больше мне не выдюжить.

— Что же ты за жена такая? Это не хочу, это не умею, это не смогу. Что за дела? Гениальному человеку нужна соответствующая женщина, — обратился к Яне жених, то есть Егор, говоря противным голосом журналиста, только что подглядывавшего за какой-нибудь знаменитостью в замочную скважину с целью поведать об этом по секрету всему свету.

— Ты чем это недоволен? — возмутилась Яна, у которой изображение поплыло перед глазами.

— Да тобой! Не буду я на тебе жениться! Тем более если я возьму пятую жену, мне придется избавиться от одной из оставшихся четырех.

— Да пошел ты! — обозлилась Яна, на что духовный отец открыл рот, и оттуда почему-то полилась на ее лицо холодная вода, словно его тошнило.

Яна вздрогнула, тело прошила судорога, и она открыла глаза. Перед ней маячило лицо, до противности красивое и знакомое — лицо Рустема. Этот не до конца сумасшедший псих поливал ее из белой эмалированной лейки с веселыми цветочками. Яна закашлялась, так как холодная вода затекла ей в горло, и быстро поднялась, то есть присела на кровати.