— И слушать не желаю! Делай, как я сказал!

На лице Евы появилось давно знакомое отцу выражение упрямства. Было похоже, что она вот-вот вспылит. И уже открыла рот, чтобы продолжить спор, но Джо сделал вид, что ничего не замечает, и налил себе вторую чашечку кофе.

— Ну хорошо! — Ева вскочила из-за стола и трясущимися от негодования руками собрала грязную посуду. Чашки и тарелки издали протестующий звон. — Можешь радоваться, сегодня я, так и быть, не поеду с тобой! Но не рассчитывай, что я отправлюсь вместе с Лорел и ее компанией! Возьму Буяна и пойду гулять. Буду считать, что сегодня у меня выходной!

Она с грохотом опустила грязную посуду в раковину и захлопнула за собою дверь, оставив Джо размышлять, проявил ли он достаточно такта в столь деликатной ситуации. А если нет? Он поежился. Отец знал свою дочь — порой она бывала на редкость упряма.

Сопровождаемая двумя дюжими псами, Джошем и Кингом, трусившими вслед за стареньким мотороллером, который, как правило, без каких-либо проблем взбирался на склоны холмов благодаря тому, что его двигатель давным-давно сменил гораздо более мощный мотор, Ева обычно довольно быстро сгоняла коров в стадо. Вот и теперь она буквально за несколько минут собрала их в отгороженном участке, где они с отцом их доили.

К тому времени, когда последняя корова вошла в загон, почти рассвело. Погасли огоньки в Кохукоху — крохотном городишке на противоположном берегу залива. Первые лучи солнца окрасили небо в нежно-розовый цвет, и Ева, как всегда, порадовалась, что ей ничто не мешает любоваться восходом, благо, в отличие от западной, горной, части побережья, восточная простиралась равниной до самого горизонта. И вдруг из розовато-серых облаков на землю хлынул золотой дождь, исчертив сверкающими полосами берег, обрызгав листья деревьев. На один волшебный миг весь мир вокруг, казалось, застыл в очаровании.

— Сегодня мы тут не задержимся, — проговорил Джо, побренчав полупустым ведром, в которое выдаивал коров.

— Слава Богу! Когда они все разом начинают доиться, мне кажется, что я от усталости вот-вот упаду!

По губам отца скользнула усмешка.

— Неужели? А ведь после дойки еще полно и других дел, не сядешь сложа руки.

— Знаю, но я, по крайней мере, должна хоть немного перевести дух. Папа, ну почему ты не хочешь нанять кого-нибудь, кто помогал бы нам с делами?

— Послушай, Ева, сколько раз тебе повторять? У нас на это нет денег. Ты только посмотри, во что превратился коровник! Его давным-давно пора ремонтировать, да и новый доильный аппарат нам тоже не помешал бы! Это все куда нужнее, чем наемный работник.

Джо ловко смотал веревку, которой спутывал ноги коровам прежде, чем приниматься их доить, и быстро распахнул ворота. Стадо неторопливо потянулось из загона.

Ева в который раз глянула на плачевного вида коровник и пока еще работающий доильный аппарат, который мог сломаться в любую минуту. Между тем стадо увеличивалось с каждым годом, работы все прибавлялось, а управляться приходилось все той же старенькой доилкой. С каждым разом это отнимало все больше и больше времени. Конечно, что говорить, если бы у них были деньги построить новый, просторный коровник и обзавестись современным аппаратом, это сэкономило бы кучу времени.

Она постаралась не думать о том единственном решении проблемы, которое видел отец, поэтому занялась привычными хлопотами: помыла доилку, окатила водой из шланга земляной пол, продезинфицировала его и снова окатила струей воды.

Когда с уборкой было покончено, а насос вместе со шлангом убраны на место, Ева разогнула усталую спину и с наслаждением потянулась. Теперь можно было немного передохнуть, прежде чем перейти к другим делам.

— Ладно, подоим их еще раз на ночь, хотя, честно говоря, я считаю это напрасной тратой времени, — вздохнул Джо. Эти слова были своего рода ритуалом — все равно что трубка, которую он традиционно выкуривал вечером, когда с работой было покончено.

На его громоздкой фигуре, как обычно, топорщились старые-престарые брюки. На ногах кривились такие же древние ботинки, уже насквозь промокшие от росы, пролитого молока и жидкой грязи. Рукава распахнутой на шее рубашки были закатаны до локтей. Среди нескольких вещей, к которым он так никогда и не смог привыкнуть, были длинные рукава. Джо молча бесился, когда они закручивались у него вокруг запястий, и еще больше выходил из себя, когда замечал, что то же самое происходит и у других. Он искренне не понимал, как мужчины без малейшего раздражения терпят подобное неудобство.

— А завтра утром дойку можно и пропустить. Посмотрим, что будет к вечеру… Нет, ты только взгляни, чем занялись эти проклятущие псы!

Неподалеку на выгоне Джош с Кингом, захлебываясь восторженным лаем, гоняли коров. Большинство из них, стельные, не могли убежать и поэтому превратились в восхитительные игрушки для двух здоровенных псов. Ухватив зубами хвост очередной беспомощной коровы и повизгивая от радости, они принялись тянуть ее за собой.

При виде этого зрелища Ева расхохоталась. Бедняжка! Только подумать, какое унижение ей приходится испытывать! И от кого? Каких-то собак, существ чуть ли не вдесятеро меньше самой коровы! Впрочем, даже сбившись в плотное стадо, эти вечно жующие жвачку животные абсолютно беспомощны перед парой хитрых псов, быстрых как молнии и куда более их сообразительных.