Стихи
вернуться

Бах Ахмедов
Шрифт:

Монолог ящерицы

Монолог ящерицы.
Привычное к нулю пространство Осмотр руин проводится бесплатно Наплыв туристов минимален в зимний период Иногда заходят одинокие старики в шляпах Угощают меня чем-нибудь крепким И признаются, что не понимают, Как можно жить в таких развалинах А я терпеливо отвечаю, что жить нельзя, Но существовать cносно вполне можно. Благодарю их за виски и прячусь в щель между камнями, Чтобы снова уснуть лет на десять

Попытка осени

— Я не люблю, когда приходит осень, — на улицу взглянув, ты мне сказала. В уютном, чистом, маленьком кафе мы пили с тобой кофе и смотрели, как ветер обрывает с веток листья и кружит их в каком-то рваном ритме. — В ней все напоминает о пределах… Пределах наших чувств и всей природы, которая диктует настроенье. Я промолчал, не зная, что ответить. Ты кофе отпила и закурила. И как-то отрешенно посмотрела. Мне показалось вдруг, что ты не здесь, а бродишь в ненадежном своем прошлом, куда мне не проникнуть никогда. Молчанье тяжелело, словно туча, И я тогда ответил наугад: — Но осень — это только время года, Часть круга, только часть, ты понимаешь? — Да, да, конечно, часть, всего лишь часть… Я видел, что ответ твой машинален И ты меня не слышишь. На часах сливались стрелки, новый час рождая. И я смотрел, как капельки дождя упали на мощенный тротуар. Одна, вторая… Зонтики раскрылись и улица как будто стала уже, заполненная пятнами цветными. — Хороший кофе… Голос твой был нежен, но в нем была как будто бы усталость. — Пределы чувств… Но разве это плохо? Спросил я, ощущая как досада Меня кольнула в самой глубине. — Да нет, конечно, нет. Без них — нам крышка. А с ними — просто маленькая жизнь. Ты улыбнулась, кофе отпила. — А впрочем, все схоластика сплошная. — Вот именно! Зато я знаю точно, Что в эти дни ты слишком много куришь. И слишком часто в прошлое уходишь. Туда, где нет меня. — А ты ревнуешь? — Не знаю… Нет… Конечно, да! Ревную! Меня там нет. — Ты прав, тебя там нет. Но в данном случае причина не в тебе. — А в чем же? В том, что там живет другой? — Скорее в том, что там живет другая. Другая я… — Другая ты? — Другая. И главное, другое наполненье пространства внешнего и внутреннего тоже. — Прости, но я тебя не понимаю. Ты снова замолчала, а потом вдруг резко сигрету потушила, встряхнула головою и сказала: — Да ладно нам грустить! Давай пройдемся. Мне хочется под дождь, под дождь, под дождь!…

Может быть, когда-то и я обнищаю духом

Может быть, когда-то и я обнищаю духом И не буду в небе искать никаких намеков. Буду прислушиваться к ветру усталым ухом, Не думая о переменах, как школьник сбежавший с уроков. Может когда-то и мне упадет на ладонь записка — Перечень все причин и маршрут к свободе. И то, что мне было всегда бесконечно близко, Вдруг окажется пустым и чуждым моей природе. И быть может, когда-то ко мне все вернется сразу — вот, наверное, будет чудесный костер для леса. И если я вдруг не закончу однажды фразу, значит просто душа избавилась от перевеса.

моя немота — это немота дерева, сожженного молнией

моя немота — это немота дерева, сожженного молнией мое присутствие изменчиво, как рисунок тени на стекле мой мир устал, как пилигрим, забывший свою дорогу мои слова, умирают, не успев родиться и весь мой ответ ветру — неуверенный жест руки, оставляющий людям право меня не слушать

От боли спрятался в улыбку

От боли спрятался в улыбку. В молчанье спрятался от лжи. От правды спрятался в ошибку, Где отблеск вечности дрожит. От пустоты ушел в надежду. От страха — в прошлое сбежал. Но каждый раз слова все те же в тетради старой он писал. "Я — повторенье повторенья. Я — исчезающий чертеж. И смутный опыт постиженья с моим забвеньем слишком схож. Страсть без любви, стрела без цели. Слеза о том, что нету слез. Душа, затерянная в теле, и блик на крылышках стрекоз".

Мы встретимся, когда придут дожди

Мы встретимся, когда придут дожди. Когда сентябрь устанет притворяться, что с бабьми летом жаль ему расстаться, и что еще полжизни впереди. Мы встретимся. Обрывки старых слов прошелестят сухой листвой… Привычка раскроет зонт, трехмерную кавычку, хоть осень язык давно не нов. Поговорим о старом, о друзьях, А прошлое останется за кадром. Да может быть и прошлого не надо, Оно и так в испуганных глазах. Оно и так, как маленький зверек, зажалось, когти выпустив наружу. — Ну мне пора… Не наступи на лужу! На шее тот же бежевый платок. А дождь все жмется к призрачным словам, как будто в них находит утешенье. Платок все тот же бежевый на шее… И сон, что не приснится больше нам.

Мы станем музыкой с тобою

Мы станем музыкой с тобою, которую не повторить. Мы сможем поиграть с судьбою, и пораженье пережить. Пока тела над страстью бьются, пытаясь крылья обрести, слова как бусы снова рвутся, чтоб после мифом прорасти. Мы сможем одержать победу над вечным страхом проиграть. А если я к тебе приеду, не надо дверь мне открывать.

Мы строим воздушные замки

Мы строим воздушные замки, в которых потом не живем. Мы вешаем солнышко в рамке и нового времени ждем. А время не может быть новым, Как жизнь не бывает другой. И, спрятавшись в ракушку слова, мы день выключаем пустой. А завтра наступит такой же. И мы улыбнемся сквозь боль. И вечность, как вены под кожей, что вскроет однажды любовь.