— Я занимаюсь тем, что мне нравится. Дейв, кажется, занимался тем же.

— Вот это меня и волнует, — пробормотала Ванда.

— Но это не вся моя жизнь. У меня есть и свое собственное дело. Я владею на паях небольшим заводом, который собирает одномоторные самолеты.

Она не знала этого. Возможно, узнала бы, если бы не избегала откровенных разговоров с Мэттом.

— Это хорошо, Стив, но...

— И я финансирую сиротский приют в Лонг-Айленде.

Она с удивлением взглянула на него.

— В самом деле?

Он кивнул, не отводя от нее взгляда.

— А также вхожу в правление нескольких компаний, где у меня есть акции.

Ванда растерялась. При лунном свете Стив был похож на пирата со своим «конским хвостом», потертыми джинсами и пыльными сапогами, не говоря уже об угрюмом выражении лица. Совсем не таким представляла она себе успешного бизнесмена.

— Я не знала, — сказала она, не представляя, что делать с полученной информацией. Меняло ли это что-нибудь? Ничуть. Стив по-прежнему бунтарь. Находиться рядом с ним опасно. Тем более, если речь идет о ребенке.

— Могла бы спросить, — строго заметил он. Она кивнула.

— Согласна, ты достиг большего, чем я думала. Но авантюризм у тебя в крови. — Тогда и у Билла... — В одной статье я прочитала, что ты гоняешься за смертью.

Он устало провел руками по лицу и посмотрел на парнишку, чтобы убедиться, что тот все еще возится с велосипедом.

— И ты поверила субъективному мнению какого-то писаки?

— Это определение очень похоже на тебя, — ответила Ванда. — И я не хочу, чтобы Билл заразился любовью к авантюрам.

— Я не стану брать его в джунгли, Ванда.

— Я бы и не позволила.

— Но мне хотелось бы видеться с ним как можно чаще. — Его лицо подобрело. — Он — замечательный парнишка.

Ванда несколько смягчилась. Самый верный способ завоевать сердце матери — похвалить ее ребенка. Или в нем заговорил голос крови?

— Я никогда не подвергну его опасности.

У него дрогнул голос, и Ванда поняла, что Стив вспомнил о трагической гибели Дейва.

— Я знаю, Стив.

— Но?

— Но, — повторила она, глядя в его темные глаза, которые, как она знала, будут преследовать ее всю оставшуюся жизнь, — это не означает, что рядом с тобой он всегда будет в безопасности.

— Мама, — крикнул Билл, — велосипед не влезает в твой багажник!

— Положи его в багажник Кевина. Там так много места, что можно разместить и лодку! — крикнул в ответ Стив.

— Здорово, — радостно откликнулся Билл. — А можно мне сесть за руль?

— Нет, — тут же ответила Ванда. Стив улыбнулся и предложил:

— Послушай, я отвезу его домой, а мы сможем продолжить наш разговор завтра.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Как насчет обеда?

— Стив придет на обед? — спросил Билл, проходя мимо них с велосипедом. — Здорово. А можно приготовить спагетти?

— Мне подходит, — тут же откликнулся Стив, вопросительно глядя на Ванду.

Она поняла, что проиграла.

— Хорошо, — пришлось согласиться ей. — Пусть будут спагетти.

— Ура! — донесся до них голос Билла.

— Я принесу десерт, — пообещал Стив и, наклонившись, запечатлел на ее устах быстрый поцелуй. Затем он повернулся и отправился вслед за Биллом.

Ванда смотрела им вслед, пытаясь понять, в какой момент она потеряла контроль над ситуацией.

К следующему вечеру Стив чувствовал себя словно подросток, который в первый раз собрался на свидание. Он знал, что волноваться глупо, но никак не мог взять себя в руки и в буквальном смысле считал минуты до новой встречи с Вандой и Биллом.

Он нахмурился, вспомнив, что Ванда вздрагивала и опускала глаза каждый раз, когда упоминали имя Дейва. Она тоже до сих пор чувствовала себя виноватой перед ним. Ведь в ту ночь, как бы то ни было, она изменила с ним Дейву.

Тряхнув головой, Стив положил бутылку красного вина в бардачок мотоцикла и закрыл крышку. Взяв с верстака свой шлем, он повернулся и замер, увидев в дверях сарая Кевина.

— Чего надо?

— Ты всегда такой чертовски приветливый. — Кевин усмехнулся и вошел в сарай. Засунув руки в карманы своих черных брюк, он, как всегда, двигался неторопливо.

— А ты не боишься запылить здесь свои модные черные туфли? — спросил Стив, затягивая ремешок шлема.

Кевин не ответил на вопрос, а задал свой собственный: