– Да, с такой доказательной базой у нас под статью никогда не подведешь! – охотно подтвердил Сиротин.– Но согласись, Емельян: опасность-то велика!

– А я и не спорю... Тем более что и инопланетные товарищи, насколько я понял, тоже сильно обеспокоены... А поскольку беда у нас общая, давайте сотрудничать!..

После третьей рюмки Загоруйко пришла в голову блестящая мысль: натравить психов на Венедикта Жигановского!.. В конце концов, если эти двое считают, что лидер Партии солидарного прогресса связался с нечистой силой, то почему бы не использовать их рвение в целях дискредитации претендента на пост главы Черноземной области в глазах как специальных служб, так и Кремля?.. Ведь якшается Жигановский явно с подозрительными людьми! Того же Кощея Бессмертного взять!.. Наверняка – главарь какой-нибудь мафиозной банды, в целях конспирации принявший устрашающий псевдоним!..

– Вы собираетесь нас завербовать? – пристально глянул в глаза Емельяну псих, называвший себя магом и чародеем.

– В определенном смысле... – осторожно ответил Загоруйко.

– Я готово подписать договор.

– Зачем же сразу подпись? У нас, знаете ли, без бюрократии. Я вам на слово верю, уважаемый господин Найк, тем более что рекомендует вас мой хороший знакомый Евграф Виленович Сиротин – почтенный во всех отношениях человек... Вы ведь родом из созвездия Волопаса?

– Нет... – покачал головой псих.– Я родился на Одеоне в созвездии Амариско. Это Темный круг.

– Тем более! – развел руками Загоруйко.– Зачем же разводить бюрократию там, где можно договориться полюбовно? Вы – нам поможете, мы – вам! Совместными усилиями всех и одолеем!

– Ну, за дружбу! – поднял очередную рюмку Сиротин.– И за службу! Как гуманоидным расам, так и негуманоидным!.. За союз людей и монстров! Ради жизни и вселенского прогресса!

Сиротина повело. Последняя доза оказалась непосильной для его организма. Он, пожалуй, грохнулся бы на пол, но, к счастью, Миша успел его подхватить и с помощью Емельяна Ивановича переправить на диван.

– Вы ему пить не давайте... – попросил Загоруйко чародея Найка.– Как бы он во хмелю чего-нибудь не натворил!

Найк, также бывший в изрядном подпитии, с готовностью кивнул головой...

Самое время было закругляться с визитом, и Емельян, который тоже чувствовал себя весьма отягощенным, любезно раскланялся с придурком из созвездия Амариско. У Загоруйко появилась твердая уверенность, что если эти двое шизофреников окончательно не сопьются, то крови Вене Жигановскому они попортят изрядно! По крайней мере навсегда отобьют тому охоту связываться с масонами и морочить голову занятым серьезными проблемами людям... И кто только придумал эти выборы? Как будто и без них не ясно, что лучшего губернатора, чем Виссарион Пацаков, для Черноземной области просто не найти!

Емельян Иванович спустился по лестнице с третьего этажа, вышел на улицу и минут пять усиленно вдыхал свежий воздух – относительно свежий, конечно... Этого вполне хватило, чтобы восстановить поколебавшееся равновесие. Садясь в машину, он обернулся к призадумавшемуся Мише:

– Что ты обо всем этом скажешь?

– Заговор! – твердо рубанул Миша.– Возможно даже международный!.. Попомните мои слова, Емельян Иванович: и Сиротина, и Найка запрограммировали экстрасенсы!.. Но вы совершенно замечательно натравили их на Жигановского. Пусть теперь расхлебывает заваренную собою же самим кашу!

Сидевший за рулем Загоруйко чертыхнулся, угодив передним колесом в большую выбоину и едва не потеряв при этом управления... Вот ведь дороги, прости господи!.. А сколько раз трясли Тряпичникова на пятиминутках! Да с него все – как с гуся вода!.. Результат – едва не ухайдакал вице-губернатора! Врезался бы сейчас Емельян Иванович во встречный КамАЗ – и закончились бы на том все его заботы на грешной земле... Одно дело – дать дуба стараниями таинственных Сагкхов, и совсем другое – сгинуть по вине старого знакомого, которого давно бы надо гнать с должности в шею, да все как-то руки не доходят... И Кудлакова следует поторопить: что ж он с отоплением тянет? Нарыл канав по всему городу – ни пройти ни проехать!.. Надо сказать Виссариону: подведет нас Кудлаков под монастырь самым бесстыдным образом в самый канун выборов, когда каждый голос на счету будет!.. Вот ведь кадры! Ни на кого нельзя положиться! Прямо хоть инопланетян приглашай в город Кацапов – может, хоть они наведут здесь порядок?!

– Прессу надо на Жигановского натравить... Нашу – само собой, но и столичную – обязательно!

– Я разговаривал с Атасовым... – охотно откликнулся Миша.– У него на Венедикта зуб. Может, вы с ним побеседуете, Емельян Иванович? Так будет солиднее. Все-таки вице-губернатор просит...

– Просить ни о чем не будем! – строго возразил Загоруйко.– Просто сориентируем людей в нужном направлении...

Атасов поселился в той же гостинице, что и Жигановский. В номер к журналисту Загоруйко подниматься не стал – решил подождать в ресторане, расположенном на первом этаже. Пока Миша приглашал столичного телемена, 3агоруйко успел заказать обед, поскольку изрядно проголодался: скудная закусь на сиротинском столе не могла, конечно, удовлетворить его аппетит.

На рыжего молодого человека Емельян Иванович обратил внимание не сразу, занятый насыщением собственного желудка. Лишь освоившись в ресторанной атмосфере и присмотревшись повнимательней к соседям, сообразил, что неожиданно для себя оказался в окружении заговорщиков. К счастью, отсутствовал Жигановский и некому было подсказать этим людям, что лысый дядька, сидящий у окна,– не кто иной, как правая рука губернатора Пацакова, небезызвестный в городе Емельян Загоруйко по прозвищу Колобок... Емельян Иванович, не будь дурак, навострил уши – благо, его оппоненты, не заботясь о конспирации, говорили довольно громко.