– Это… она, – прошептала Инга. – Боже, прошло столько лет! Бедная!

Руслан положил руку на хрупкое плечо Инги, с удивлением для себя обнаружив, что ему доставляет какое-то странное удовольствие находиться рядом с этой женщиной.

– Вернемся, – сказал он, увлекая ее за собой.

Они вернулись в комнату, где на скамье сидел Клепа. Он разорвал рукав рубашки и с озабоченным видом разглядывал рану.

– Рус, бля буду, но эти шавки наверняка бешеные, – криво усмехнулся он, шмыгнув носом. Руслан ничего не ответил.

– А хотя, – продолжал Клепа, заматывая укус тряпкой, – какой смысл мне сейчас жить?!

– Прекрати! – резко сказал Руслан и посмотрел в окно. Там царила странная, гнетущая тишина. – Инга, посвети, – попросил он. Инга подошла к окну, направив луч на улицу. Руслан присвистнул – собак не было.

– Может, рискнем? – предложил он.

Инга молчала, Клепа вообще, казалось, выпал из обоймы реальности.

Руслан взял из рук женщины фонарь, вглядываясь в темноту. Губы его плотно сдвинулись – к дому кто-то приближался твердым, уверенным шагом. Кто бы это мог быть?

– Сюда кто-то направляется, – вполголоса сказал он.

– Да и хер с ним. У меня рука болит, – вяло сообщил Клепа. Дыхание со свистом вырывалось из его рта, и Руслан с беспокойством посмотрел на друга – он не знал, насколько серьезно ранен Клепа, но ему явно становилось хуже.

Возле двери послышалась какая-то возня, и Руслан до хруста в костяшках пальцев обхватил рукоятку пистолета. Хорошо, что он успел заменить свежую обойму. Интересно, сколько еще запасов осталось у Клепы?

– Кто там? – громко спросил он.

– Дядя Руслан, это вы? Это Саша, – прозвучало за дверью. Голос был глухой и какой-то заискивающий, словно говоривший пытался скрыть своим лицемерным тоном какую-то пакость. – Впустите меня, пожалуйста. Мне холодно.

Рука Руслана потянулась к засову, как вдруг его локоть обхватила рука Инги.

– Не спеши, – холодно сказала она. – Ты уверен, что знаешь этого человека?

– Саша?! – закричал Клепа. Задыхаясь, он поднялся со скамьи и засеменил к выходу. – Саша, это ты? Откройте ему дверь, падлы!

– Папа?! – тонко вскрикнули за дверью.

Руслан нервно повел плечом – ему явно не нравился этот писклявый голос. Было в нем что-то кривляющееся, ненастоящее…

– Клепа, подожди, – остановил он друга. – Пускай он выйдет на свет.

– Уйди, янки хренов! – вскричал Клепа, вытаскивая пистолет. Он направил ствол в лицо Руслану. Тот спокойно смотрел в черное дуло. Оно пахло едким дымом.

– Давай, стреляй, дружок, – чуть слышно выговорил Руслан.

Рука Клепы дрогнула, и он крикнул:

– Саша?

– Папочка, я здесь! – радостно отозвался Саша.

– Подойди к окну. Там, немного левее от тебя.

– Ты не веришь мне? – издав смешок, поинтересовался тот, кто был снаружи, но Руслан уловил в вопросе легкое раздражение. – Иду, иду.

– Что случилось с мамой, Саша? – взволнованно спросил Клепа, подходя к окну.

Руслан посветил фонарем. Их взору предстала сгорбившаяся фигура, стоявшая боком. Лица человека не было видно, он старательно отворачивал его от света. Почему-то при виде этой фигуры Руслан подумал о выкарабкивающемся из пещеры гоблине.

– Их было трое, – сказала фигура, не поворачиваясь, – они набросились и убили маму с Игорем. Я убежал.

Это прозвучало автоматически, будто говоривший репетировал эти слова десятки раз, перед тем как озвучить.

– Маму, – прошептал Клепа. – Убили маму.

– Ты впустишь меня? – настойчиво прозвучал вопрос, и Клепа, истерично хихикнув, посмотрел на Руслана.

– Он никогда не называл Лену мамой, – выплевывая слова, проговорил он. – Только мачехой или Ленкой.

– Откройте дверь, е…е уроды! – взвилось стоявшее за окном существо. – Тут полно собак, вы что, не видите?

Словно услышав команду, к фигуре метнулась сухопарая тень с тлеющими угольками-глазами и потерлась ушами о ее колено. Сгорбленное существо ласково погладило пса.

– Это не он, – в ужасе просипел Клепа. – Это…Это…

– Повернись лицом! – крикнул Руслан, хотя уже давно понял, что это не сын Клепы. Во всяком случае, если даже стоявшее на улице существо и было Сашей, то сейчас с ним явно происходило что-то не то. Что-то очень хреновое, как сказал бы покойный Серый.

– Я-то повернусь. А в штаны не наложишь? – с тихой угрозой поинтересовалась темная фигура. – Говорю: откройте дверь.