— Чаю хотите?

— Нет, — оторопел генерал. — Спасибо, я воздержусь.

— Как знаете, — пожал плечами хозяин. — А я, с вашего дозволения, выпью. С некоторых пор питаю слабость к хорошему чаю, хорошему кофе и хорошему табаку. Странно, правда? Раньше вот предпочитал хорошее пиво и хороший коньяк.

— Только русские могут пить коньяк с пивом.

Генерал поймал себя на том, что его уводят в сторону от главной темы и подготовленная речь и нападки уже не столь актуальны, сколь казалось, когда он злой шел по коридору к этому чертову русскому.

Для того чтобы воевать с сумасшедшим, надо самому быть немного чокнутым, напомнил себе Макбаррен.

— Так что случилось? — миролюбиво поинтересовался хозяин, наливая чаю.

— Нападение на седьмой блокпост. Вы об этом не знали?

— Я об этом не знал, — спокойно отозвался хозяин.

— Так сообщаю вам, что на седьмой блокпост совершено нападение.

— Нападение отбито? — прихлебывая из чашечки, полюбопытствовал хозяин.

— Нет.

— Ваши потери?

— Пятеро рядовых и сержант. Десантники.

— Прекрасно. А со стороны нападавших?

— Машину расстреляли, трупов не обнаружено.

— Нападавшие отступили?

Макбаррен поежился. Весь разговор пошел совсем не так, как планировалось. Он шел ругаться, он шел нападать, но наткнулся на больного старика, на которого нападать как-то… стыдно, что ли. Дал поблажку. И что же? Сперва беседа превратилась в допрос, а теперь…

— Предположительно их четверо. Нападавшие не найдены. Пока. Но по некоторым данным это русские, поэтому хотелось бы объяснений от вас, — попытался выправить ситуацию генерал.

— От меня? — искренне удивился хозяин. — А я-то тут при чем? За охрану территории отвечают ваши люди. Так?

— Но нападали русские!

— Да вы что? — брови старика взметнулись вверх. — Это в России то? А я думал, уругвайцы.

Генерал напрягся. Лицо его приобрело пунцовый оттенок, на шее вздулись жилы.

— Ваш тон мне кажется неуместным. В любом случае, я отправил подробный отчет президенту Левински, и если…

— Вы хотите меня напугать? — поинтересовался хозяин, отставляя пустую чашку. — Напрасно. Вина в случившемся исключительно ваша. Если у президента Левински на этот счет свое мнение, то я готов поговорить с ним лично. С ним, но не с вами.

— Такой разговор может не состояться.

— Не запугивайте меня, Грегори, — по-отечески мягко произнес хозяин. — В этой стране еще остался ядерный потенциал. И даже если ракеты, по-вашему мнению, прогнили к чертям собачьим, то из десятка гнилых найдется одна, которая долетит куда надо. И кому их запустить, я найду, уж поверьте.

Макбаррен медленно поднялся с кресла. Лицо его побагровело, жилы вздулись теперь не только на шее, но и на лбу.

— Не забывайтесь, — прорычал генерал, как старый охрипший цепной пес. — Или вы забыли, кто сделал вас? Или вы забыли, кто…

— Я все помню, — оборвал его хозяин слабым больным голосом. — Даже больше, чем можете припомнить вы. Теперь оставьте меня, я стар и устал. Сами решайте свои проблемы.

Генерал резко развернулся и молча, не прощаясь, вышел. Как смеет этот старый картонный болван говорить с ним в таком тоне?! Ну ничего, только бы дождаться распоряжений от Белого дома.

Но Белый дом молчал, ограничившись коротким приказом заняться поимкой и уничтожением нападавших на блокпост и ждать дальнейших распоряжений.

Как только дверь за генералом закрылась, хозяин резко откинул плед и, поднявшись с кресла начал расхаживать по комнате.

— Мамед, ты думаешь, это тот, которого мы ведем от Нижнего Новгорода?

— Больше некому, хозяин, — отозвался араб. — Тем более что последний раз он светился на электростанции.

— Это где святоши?

— Да. Он там был не один. С ним мужчина и две женщины.

— Еще трое? — оживился хозяин. — Кто они?

— Сутенер, одна из дам проститутка, вторая из Белого города. Подробнее не выяснял, чтобы не привлекать внимания.

Хозяин остановился резко и снова плюхнулся в кресло. Это последний шанс что-то изменить. Последний. Этот парень, на которого обратили внимание в районе Нижнего Новгорода, мелькал то тут, то там, но всячески стремился добраться до него. Потому и примелькался. Вскоре его, насколько могли, взяли под контроль, стараясь направлять так, чтобы сумел добраться до бывшего президента. Иногда теряли, потом он снова возникал вдруг.

Он с таким упорством пер к цели, что цель сама стала косвенно подталкивать его к себе. Приближать всеми возможными способами. Правда, возможности были весьма ограничены, но…