–  Код твоего временного колодца, - хрипло приказал Стив.
– Быстро! Даю пять секунд.

Она продолжала смотреть на него, и губы ее растягивались в дьявольской улыбке. И Стив сообразил, что перед ним не женщина, а огромная раскачивающаяся из стороны в сторону черная кобра. Вокруг шелестел влажной листвой тропический лес, и лианы, извиваясь, будто сотни ядовитых змей, вились вокруг него, хватали за руки, тянули вниз, на дно мутной реки…

Он и в самом деле оказался в толще воды, так как воздух просто не может быть таким вязким и плотным. Он еще может дышать благодаря инстинкту, рожденному за много миллионов лет до него самого, ведь известно, что новорожденные младенцы способны дышать под водой, но мгновенно теряют эту возможность, оказавшись в лоне цивилизации.

Опусти пистолет!

Куноити. Женщина-ниндзя.

Он должен вынырнуть.

Палец Стива лежал на спусковом крючке.

–  Код временного колодца! Местоположение! У тебя пять секунд!.

–  Ты играешь с огнем, - спокойно сказала она.
– Представь себе, что ты промахнешься.

Он облизнул сухие потрескавшиеся губы и усмехнулся.

–  Представь себе, что я не промахнусь!

10 октября 1941 года художник Етоку Мияги был арестован у себя в мастерской. Он дважды пытался покончить с собой - один раз с помощью кинжала во время ареста, но его заштопали в тюремном госпитале, другой раз - выбросившись в окно в кабинете следователя. Однако и на этот раз остался жив. Разбился насмерть полицейский, который прыгнул за ним.

Иногда к нему в камеру приходил буддийский священник.

–  Почему вы не хотите поговорить со мной?
– спрашивал он.
– В вашем положении единственное лекарство от умопомешательства - облегчить душу, выговориться. Если желаете, к вам может прийти и исповедать вас священник от христианской церкви. Какого вы вероисповедания?

–  Я не собираюсь сходить с ума. А насчет того, чтобы облегчить душу… Так она у меня и так легче перышка. В небеса я не верю, а на земле я ни разу не согрешил, не пошел против совести. Здесь я сделал все, что хотел.

Мияги не дожил до смертного приговора. 2 августа 1943 года во время допроса он умер от сердечного приступа. 15 октября вечером к особняку советника Ходзуми Одзаки подкатила полицейская машина. Полковник Такидзи Седзин не смог отказать себе в удовольствии лично надеть на Одзаки наручники. Хотя насладиться триумфом в полной мере ему не удалось. Через два дня он вместе с собственной машиной разлетелся на куски от взрыва бомбы, прикрепленной под бензобак. 7 ноября 1944 года в 9.51 Ходзуми Одзаки был повешен по приговору военного суда.

В 10.37 перестало биться сердце резидента советской разведки Рихарда Зорге. В пустой комнате без окон лишь тусклый свет запыленной электрической лампочки освещал виселицу и крышку люка, на которую вставал приговоренный.

Макс фон Клайзен был арестован 17 ноября 1941 года. До конца войны он содержался в каторжной тюрьме на острове Хондо. После освобождения некоторое время жил на квартире у своего друга адвоката Киодзо Юсимы, затем - у одного из бывших сотрудников фирмы «Клайзен - Сиока». Вскоре Макс переехал на родину - в Восточный Берлин.

Кунич.Тибет, август 3359 г.

Майя Борисова сидела, прислонившись спиной к стене, обхватив руками колени и положив на них подбородок. Глаза ее были задумчивы и печальны.

–  Как вы нашли этот тайник?
– спросил я.

Влад Кунич пошевелил пристегнутой к трубе кистью и произнес:

–  Случайно. Сам не знаю, как получилось. Черт возьми, Макс, мне так и ходить всю жизнь вокруг этой трубы?

–  А не сбежите?

Я разомкнул наручники. Влад хмуро посмотрел на Майю.

–  С вами он тоже обходится подобным образом? Впрочем, некоторым женщинам это нравится.

–  Что вы, Максим - известный дамский угодник. Он бы никогда себе не позволил.

Мы трое сидели в этом дурацком коридоре-аппендиксе и пребывали в странном состоянии опустошенности. Все бесполезно. Можно оставить здесь засаду и ждать до второго пришествия. Тойво Геллер снова перехитрил меня.

–  Я, конечно,- должен был предвидеть, что вы здесь появитесь, - вздохнул Кунич.
– Если бы, конечно, чуточку поразмыслил. Но я так обрадовался, когда увидел это тряпье… - Он с брезгливостью взглянул на амуницию ниндзя.

–  Если бы оно принадлежало мне, вас бы уже не было в живых, - сердито заметил я.

–  Нет. Я знал, что это не ваше. Вы ведь не Наблюдатель, Макс. Да, вы на него похожи, некоторые сведения и навыки вам внедрили в мозг, Но этого мало. Вы не так двигаетесь. Не так смотрите, едите, пьете, ухаживаете за женщинами. Только не думайте, что скверно играли свою роль. Вряд ли несоответствие заметил кто-нибудь, кроме меня. Я обратил внимание, как вы знакомились с Аделью. Настоящий Наблюдатель никогда при первой встрече не сказал бы, кем он является, придумал бы что-нибудь…