Шрифт:
Фон Диркссн сказал:
— Отряд, это первый. Отзовись.
Остальные быстро отозвались:
— Второй.
— Третий.
— Четвертый.
— Пятый.
Они отправились дальше по туннелю.
Рейс с остальными в напряженной тишине смотрели на экран и слушали приглушенные голоса немецкого отряда. Рейс переводил.
—... здесь так мокро. Везде вода.
— Будь начеку. Следи, куда идешь.
Вдруг громкий шум помех раздался из динамиков телевизора:
— Что это было? — быстро спросил фон Дирксен. — Отряд, отзовись.
— Второй.
— Третий.
— Четвертый.
Потом ничего.
Рейс с нетерпением ждал, когда отзовется последний солдат. Но он так и не отозвался.
Пятого не было.
В храме фон Дирксен обернулся.
— Фридрих, — прошептал он, возвращаясь назад по туннелю, мимо остальных.
Они совсем немного прошли по спиралевидному туннелю и теперь стояли в кромешной тьме, в которой единственным источником света были лучи фонарей.
Позади вверх по склону они видели голубое пятно — это лунный свет проникал в изгибающийся туннель, указывая путь обратно на поверхность.
Фон Дирксен всматривался в темный туннель.
— Фридрих! — прошептал он в темноту. — Фридрих! Где ты?
В тот момент услышал громкий стук где-то сзади.
Он обернулся.
И увидел только двоих из своих людей. Третьего нигде не было видно.
Фон Дирксен повернулся ко входу и собрался что-то сказать в микрофон, когда неожиданно необычно большая тень проскользнула вдоль изгиба туннеля над ним, и в ту же секунду он потерял дар речи.
Луна очертила силуэт этого нечто.
И оно выглядело ужасающе.
Мягкий лунный свет блестел на мускулистых черных боках. Фонарик фон Дирксена осветил большие, острые как бритва, зубы.
Немецкий капитан просто стоял, молча уставившись на существо в ошеломлении.
Оно было огромно.
Вдруг к нему присоединилось еще одно, такое же, шагнув из-за спины первого.
Должно быть, они прятались в альковах, подумал фон Дирксен. Лежали в засаде. Ожидая, пока он и его люди минуют их, чтобы отрезать им путь к отступлению.
В следующее мгновение существо набросилось на него. У фон Дирксена не было никакой возможности защититься. Животное двигалось поразительно быстро для своего размера. Через секунду чавкающие челюсти заполнили все поле зрения фон Дирксена, он успел только закричать.
Пронзительные крики раздались из динамиков телевизора.
В ужасе Рейс и другие уставились на экран.
Эхо подхватило крики жертв нападения — остальных троих членов отряда. Рейс услышал короткую очередь, которая оборвалась через секунду вместе с криками, и воцарилась тишина.
Долгая тишина.
Рейс смотрел на экран, на изображение разверзнутого входа в храм:
— Фон Дирксен, Фридрих, Кильсон. Доложите.
Люди внутри храма не отвечали.
Рейс переглянулся с Лорен.
Неожиданно из динамиков раздался новый голос.
В срывающемся голосе слышался страх:
— Сэр, это Нильсон! Повторяю, это Нильсон! О Боже... Боже, помоги нам, Бегите отсюда, сэр! Бегите, пока вы еще...
Шлеп!
Звук был похож на столкновение.
Как будто бы что-то большое врезалось в человека по имени Нильсон.
Последовали звуки борьбы, потом Рейс вдруг услышал леденящий душу крик, а за ним другой, бесконечно более ужасающий звук.
Это был рев, непостижимый рев, громкий и глубокий, как рык льва.
Только полнее, яростнее, сильно резонирующий.
Взгляд Рейса скользнул по экрану, и он замер.
Он увидел его.
Увидел, как оно появляется из темноты портала.
Рейс смотрел, как гигантское черное существо выходит из дверей храма, и у него засосало под ложечкой.
Он в тот момент знал, что, несмотря на все их технологии, все оружие, и эгоистические желания найти новый фантастический источник мощи, люди на скале нарушили намного, намного более простое правило человеческой эволюции.
Некоторые двери должны оставаться закрытыми.
Гюнтер Кольб с дюжиной солдат на вершине скалы просто стояли, в благоговении уставившись на животное.
Оно было потрясающе.
Высотой в пять футов, даже стоя на четырех лапах, оно было совершенно черным, иссиня-черным от макушки до кончиков пальцев.
Оно выглядело как некий вид ягуара.
Гигантский черный ягуар.
Глаза массивной кошки отливали желтым в лунном свете, и с нахмуренными бровями, сутулыми мускулистыми плечами и зубами-кинжалами, оно выглядело как живое воплощение Дьявола.