Он моргнуть, вернулся к реальности и посмотрел на обряд десантников перед ним.

Они были все одеты в черное — абсолютно черная форма с иссиня-черной тесьмой, черные перчатки и ботинки.

Но самой запоминающейся чертой их образов были их лица. На каждом солдате была надета угольного цвета хрупкая хоккейная маска, сплошная черная маска, которая закрывала все, кроме глаз. Маски придавали солдатам, стоявшим перед Рейсом, холодный, нечеловеческий, почти роботоподобный вид.

Затем один из десантников в маске подошел к Ван Левену и отобрал у него М-16, поспешно освобождая и от другого оружия.

Затем один одетых в черное людей наклонился к Рейсу и улыбнулся сквозь угрожающую черную маску.

— Guten Abend, — сказал он насмешливо перед тем, как резко наклонить голову Рейса к своим ногам.

Дождь продолжал идти.

Нэш, Коупленд и Лорен стояли у ворот, держа руки за головой. «Зеленые береты» стояли, обезоруженные, за ними.

Уолтер Чемберс смотрел, пораженный, широко открытыми глазами на взвод десантников в масках, окружавших его. Габи Лопес просто холодно их разглядывала.

Ван Левена и Рейса привели со всеми остальными.

Рейс испуганно оглядывал одетых в черное солдат, пристально всматриваясь в их холодные черные хоккейные маски. Он видел такие маски и раньше. Южноамериканская полиция использовала их при особо ожесточенных протестах, чтобы защитить лица от камней и других предметов.

За кругом десантников в темноте стояла еще одна группа людей, мужчин и женщин. Эта новая группа людей не была одета в форму и маски. На них была гражданская одежда, похожая на походную одежду Лорен.

«Ученые», — подумал Рейс. Немецкие ученые, которые приехали сюда в поисках идола из тирия.

Он взглянул на вход, на огромный камень, втиснутый в проход. От каждой его стороны тянулись шнуры — взрывчатка С-2.

Затем один из десантников сделал шаг вперед и протянул руку, намереваясь снять маску.

Рейс напрягся от любопытства, ожидая увидеть холодные и резкие черты лица Генриха Анистазе, бывшего агента штази, который командовал взводом немецких убийц в кровавой бойне в этом монастыре.

Десантник снял маску.

Рейс нахмурился. Он его не узнал.

Это был не Анистазе.

Напротив, это был крепкий пожилой мужчина с круглым ровным лицом и кустистыми серыми усами.

Рейс не знал, можно ли ему успокоиться или испугаться.

Немецкий командир не сказал ни слова, когда проходил мимо Рейса, подошел к входу и присел на корточки.

Он внимательно изучил провода, идущие от камня, и усмехнулся. Затем он бросил тросы и подошел к Фрэнку Нэшу.

Он пристально и надменно посмотрел вниз на уволенного в запас полковника армии, оценивая его.

И потом, внезапно, он развернулся и отдал приказ своим войскам:

— Feldfebel Dietrich, bringen Sie sie ins Dorf und sperren Sie sie ein! Hauptmann von Dirksen? Bereiten Sie alles vor um den Tempel zuoffnen.

Рейс про себя перевел его слова: «Сержант Дитрих, отведите их в деревню и заприте их. Капитан фон Дирксен, подготовьте все к открытию храма».

Ведомые Дитрихом и окруженные шестью немецкими десантниками в масках, десять американцев просто шли обратно по веревочному мосту и вниз по петляющей тропе.

Когда они спустились вниз, их направили сквозь узкую расщелину в плато, которая вела обратно к прибрежной тропе. После двадцати минут ходьбы они пришли обратно в деревню.

Но деревня изменилась.

Два огромных галогеновых прожектора освещали главную улицу, окутывая ее искусственным светом. Два вертолета «Апач», которые Рейс видел над вершиной башни, стояли теперь посреди улицы. Примерно двенадцать немецких отрядов стояло на берегу реки, глядя на нее.

Рейс проследил за их взглядами и увидел обстрелянный «Хьюз» его команды, покоящегося у берега реки. По сравнению с двумя блестящими «Апачами» «Хьюз» Фрэнка Нэша выглядел старым и тяжеловесным.

И тогда Рейс увидел, на что же действительно смотрели немцы.

Он находился между двумя «Хьюзами», покоясь на глади реки, прикрытый непрестанно моросящим ночным дождем.

Гидросамолет.

Но это был необычный гидросамолет. Размах его крыла достигал, должно быть, не менее двухсот футов. И его брюхо, та величаво покоящаяся под водой часть, была невероятных размеров, больше основной части «Геркулеса», на котором Рейс и другие прилетели в Перу. Четыре турбореактивных двигателя были подвешены под массивными крыльями, и два выпуклых понтона тянулись вниз от каждого крыла.