«Кем-то похищен из своей квартиры мой советник Куксо!!! – сообщала Алена. – Что делать?»

– Итак, продолжаем судебное заседание, – объявил тем временем Колтунов. – На сегодня заявлены еще три свидетеля. Анечка, солнышко, что там у нас с явкой?

Артем бросил на Колтунова беглый взгляд и задумался.

«Кто похитил? Приметы? Номера машин?» – быстро пробежал он пальцами по мягким клавишам.

«Никто не запомнил! Что делать?!!» Алена была в панике.

– Дмитрий Владимирович, я сейчас проверю, – выбежала Анечка в коридор.

Артем вздохнул. Было неприятно осознавать, что ты, может быть, подтолкнул Алену к пропасти.

«Не торопитесь с выводами, – быстро набрал он, – и не паникуйте».

– Заварзин, член городской комиссии, – начала перечислять Анечка, – Короткова, делопроизводитель администрации, и Куксо, финансист.

Артем вздрогнул и забарабанил по клавишам.

«Алена! Куксо здесь! В суде!!! Будут допрашивать!» Глянув искоса на Джунгарова, он заметил, как оживился прокурор.

– Дмитрий Владимирович, – подняла бровки Анечка, – там сотрудники просят Куксо в первую очередь допросить.

«Только не допрос! – мгновенно отозвалась новой запиской Алена. – Сделайте что-нибудь!!!»

– Ну, если просят, – не стал возражать Колтунов, – тогда пожалуй…

«Высылайте к зданию суда Свирина. Попробуем», – ответил Артем и поднялся:

– Ваша честь, позвольте! На прошлом заседании мы договорились, что будут представители комиссии и администрации. То есть Заварзин и Короткова. Именно их показания было бы разумнее послушать сейчас.

Колтунов с равнодушным видом пожал плечами. Он понятия не имел, кто такой «финансист Куксо» – до сего часа эта фигура нигде не значилась. А на строящего ему выразительные гримасы прокурора судье после фиаско с Козиным смотреть было противно. И Павлов, не позволяя вниманию Колтунова переключиться, прокашлялся.

– Закономерно было бы подтвердить или опровергнуть показания предыдущих свидетелей, – пояснил он свою позицию и тут же повернулся к Джунгарову: – Уважаемые коллеги, представители обвинения! Как вы на это смотрите?

Джунгаров и его помощник зашептались. Предложение адвоката было здравым, а Куксо и так был у них в руках.

– Мы отнюдь не возражаем против такого порядка, – поднялся Джунгаров. – Однако предлагаем сперва допросить Короткову, а затем уж Заварзина.

Прокурор любил, чтобы последнее слово – пусть и по мелочи – оставалось за ним.

– Свидетель Короткова, – пригласила Анечка, и Брагин вскочил.

– Эй! Я не понял! Я же сказал тебе, что Куксо привезли! Ты что, не передала?

Секретарша фыркнула:

– Ваш Джунгаров сказал, что сначала Короткова…

Брагин яростно крякнул и осел на стул.

– Не трясись, – ткнул он в бок тут же вздрогнувшего побитого финансиста, – будет и на твоей улице праздник.

Мелодично зазвонил телефон.

– Да?

– Алена знает, что Куксо уже в суде, – сообщил осведомитель.

Брови Брагина поползли вверх.

– Подожди. Это точно?!

– Абсолютно.

Брагин замер. Сабуровой неоткуда было это узнать!

«И кто ей стучит?» Ответов могло быть много: и кто-то из окружения Джунгарова, и кто-то из его собственных оперов. Алена заплатить могла много. Очень много. «Кто?» Но и это было уже неважно. Потому что, если Алена знает, она вполне может предпринять свои собственные ответные меры.

Брагин быстро набрал номер Гулько.

– Ты? Слушай, посади кого-нибудь на хвост. – Брагин поморщился: вокруг было слишком уж много ушей…

– Сабуровой? – сам догадался Гулько.

– Да. Я хочу знать каждый ее шаг.

– Сделаю.

Брагин отключил связь и задумался. Он знал, что работать с Сабуровой ему не дадут, и, скорее всего, колоть ее будут «важняки» – следователи по особо важным делам. Но вот начинать все одно придется ему, а выглядеть перед теми, кто отберет у него дело, полным лохом Брагин не хотел.

«Надо побыстрее Куксо в зал протащить! – еще раз подтвердил себе он. – А там Алене уже не вывернуться».

– Значит, так, – повернулся он к оперативникам и ткнул свидетеля Куксо в грудь. – Следующим зайдет он! Что бы эта сучка ни сказала. Вам ясно?

– Ясно, – кивнул старший – Пятаков. – Сделаем.

Колтунов был зол. Накануне, возвращаясь домой из ночного клуба, он не заметил какую-то торчащую из земли проволоку и разодрал весь левый бок своего новенького автомобиля. Теперь он не мог ни о чем думать, кроме предстоящего ремонта и ободранной машины. Да и дело порядком ему поднадоело. Он вышел в зал, привычно плюхнулся в кресло и устало оглядел присутствующих.