Таня попыталась улыбнуться, вырвалась из объятий Марселлы и вытерла слезы со своих щек.

Приступ плача быстро кончился, и она почувствовала себя лучше.

Тут она заметила, что и красное платье негритянки, и ее собственное, черное, испачканы кровью.

– Ты ранена? – тревожно спросила Татьяна.

– Кажется, нет, – помотала головой кубинка. – Это его кровь.

– Почему он хотел тебя убить? – спросила шепотом Таня, стараясь не смотреть на распростертое на песке тело Ансара.

– Кто-то заложил меня. Или его подручные пронюхали.

– Что пронюхали? Что ты колдуешь против него?

– Да. И он так взбесился!

– Я видела.

– Ты спасла меня!.. А он не мог прийти в себя из-за моего предательства (как он сказал). Все расспрашивал, за что я вдруг стала его ненавидеть и кто меня подучил. Но я тебя не выдала, ты не думай.

– А я и не думаю. Да теперь это никакого значения уже не имеет.

– Как не имеет? – переспросила негритянка. – А доверие между нами?

– Я все равно тебе доверяла, доверяю и буду доверять.

Кубинка тихонько вопросила:

– Что нам делать дальше?

– Я не знаю. А что мы можем?

– Остается только продать свою жизнь подороже. Ты, наверное, не знаешь, что за ужасные люди – подручные Ансара. Знаю – я. Если они проведают, что его убили мы, живым им в руки лучше не попадаться.

После минуты расслабленности и опустошения адреналин снова вскипел в Таниной крови.

– Я не хочу умирать, – прошептала она. – Не хочу сдаваться… Как ты думаешь, оставшись одни, без Ансара, арабы взорвут эту чертову бомбу?

– Боюсь, что да… – печально ответствовала Марселла.

– Надо им помешать.

Кубинка (они по-прежнему стояли рядом, друг против друга) схватила Татьяну за плечи и как следует встряхнула.

– Ты что? – удивленно спросила Садовникова.

– Послушай, Таня!.. Хватит геройств. Ты не Джеймс Бонд. И даже не девушка Бонда. Надо реально оценивать свои силы. Если мы унесем отсюда ноги – уже будет чудо… Давай спрячем это сволочное тело, и… И нам только остается молиться Богоматери о том, чтоб она нас пощадила…

– Скажи, ансаровский катер – на нашей пристани? Я так спешила к тебе, что даже не посмотрела.

– Да. Они оба у нашего пирса.

– Давай один угоним.

– А ты сумеешь? – скептически поинтересовалась Марселла. – Хотя бы отвести его от пристани?

– Да, – уверенно ответствовала Татьяна (хотя совершенно не была в том уверена). – За последний месяц я многому научилась.

Пристань и два катера, пришвартованные к ней, безжалостно высвечивал ослепительный прожектор. Было светло как днем. К катерам предстояло пройти по длинному освещенному пирсу метров пятьдесят. Даже если на лодках нет ни единого человека, слишком велики шансы, что девушек заметят с берега.

Марселла и Таня остановились на берегу в тени за деревьями. Тихо плескался прибой.

– Что будем делать? – прошептала кубинка.

Татьяна помедлила…

…Тело Ансара они, взявшись каждая за его руку, оттащили поближе к зарослям. Его запястья уже начинали холодеть. Мертвым он выглядел маленьким и нелепым, и Таня даже изумилась: как он мог внушать ей сначала любовь и вожделение, а потом – ненависть и страх? Они прикрыли тело ветками и, насколько могли, голыми руками слегка забросали песком…

И вот теперь, обе в платьях, перепачканных кровью, они смотрят на причал с катерами – как на свой единственный шанс к спасению.

На обеих лодках никто не подавал признаков жизни, лишь лениво полоскались флаги на ветру, да хлюпала под пирсом вода.

Татьяна положила пистолет на землю и стала через голову стягивать платье.

– Что ты делаешь? – шепнула Марселла.

– Вплавь – наш единственный шанс.

Кубинка не возразила, она безропотно скинула свой испачканный кровью сарафан.

Татьяна решительно пошла к воде. Море показалось ей теплее воздуха. Мокрый песок ласкал стопы, темные волны обвивали лодыжки (как тогда, в страшном сне, где появился Зет).

Пистолет Таня держала над головой. Она не знала наверняка, но подумала, что соприкосновение с морской водой вряд ли будет ему полезно. Тихо, стараясь не плескать, девушка погрузилась в воду. Не хотелось думать о тех созданиях, что таятся сейчас в черной пучине: скатах, акулах, муренах…

Сзади себя она услышала всплеск и, даже не оглядываясь, поняла, что Марселла следует за ней.