– Ты, считаешь, что у меня такие извращенные предпочтения? – возмутилась Долл.

– Не у тебя, а у Натали! – хором воскликнули Тамерлан и Беатрикс.

Трое вампиров дружно рассмеялись.

Надо же... Раньше, Долл никогда бы не подумала, что с вампирами можно вот так спокойно сидеть за одним столиком, словно со старыми друзьями в “Старбаксе” [17]. Смеяться, обсуждать всякую ерунду, вроде празднования Хэллоуина... Как будто, они не живые мертвецы, а обыкновенные молодые люди. Да, с вампирами можно мило общаться... Но только, если ты – один из них. Потому что любой смертный, слишком сблизившийся с детьми Ночи, рано или поздно умрет. Разница лишь в том, станет ли он ужином или таким же вампиром. Эту истину Долл усвоила на собственной шкуре.

Однако сейчас это не имело никакого значения. “Теперь, я такой же вампир, как и они”. И казались такими странными прошлые опасения.

“Неужели, я отыскала свое место?” – подумала вампиресса, – “Это кажется неплохим... но немного странным”.

– Тимур, а ты собираешься присоединиться к нам в Канун всех Святых? – промурлыкала Беатрикс, слегка наклонив голову в сторону Тамерлана. Со стороны могло показаться, что она бессовестно кокетничает с ним, но на самом деле, такая манера общения в стиле “вечный флирт” была обычным атрибутом общения между вампирами.

– Если буду свободен, – увидев надутые губки Трикси, вампир улыбнулся, – Не у всех жизнь состоит из тусовок, подруга.

– Ой, можно подумать, – пробурчала она, – Ну ты то, Долл, надеюсь, не будешь все отменять в последний момент? – Беатрикс повернулась к девушке.

– Я даже не знаю... Последний раз я наряжалась ведьмой и ходила по домам за сладостями... М-м, дай-ка вспомнить, кажется это было в пятом классе.

Беатрикс усмехнулась.

– У нас все будет по взрослому: разрешено пить кровь и соблазнять смертных.

– Звучит заманчиво. Здесь встречаемся?

– Конечно, нет! Это место неплохо только для повседневных встреч, для особых случаев есть особые места. Например “Македония”.

Долл никогда не слышала этого названия, а ведь она была знатоком чикагской ночной жизни.

– Это клуб или что-то вроде?

– Это больше, чем просто клуб, – вмешался Тамерлан, – “Македония” – одно из немногих заведений, хозяин которого – один из нас. Люди тоже посещают его, но основной контингент составляют вампиры. И, – Тэм кровожадно усмехнулся, – законы обычного мира в “Македонии” не действуют. Там мы можем быть собой.

Долл во все глаза смотрела на вампира. За последние полгода она привыкла жить в тени, быть скрытной и осторожной. И уж, конечно, ей в голову бы не пришло пойти в клуб, где каждый (или почти каждый) будут в курсе твоей истинной сущности. Но, черт возьми, сколько можно прятаться! Кого ей бояться – Алекса? Ну уж точно нет! Это ему надо бояться. Тем более что всего за пару дней Долл успела завести друзей среди вампиров, а после недели тусовок в специальных местах, их количество будет во много раз больше. Умение заводить приятелей было (и будет) важным умением, и Долл владела им в совершенстве. Правда... цена таким “друзьям быстрого приготовления” была невелика. Ведь стоило Долл провалиться в бездну депрессии, перестать ходить на вечеринки и надевать откровенные платья, как все отвернулись от нее, автоматически лишая статуса королевы школы.

Но сейчас она и не стремилась к прочным и долговременным отношениям. Что-то легкое, ни к чему не обязывающее – мимолетные романы и поверхностные беседы с подружками – вот, что сейчас необходимо. “Чем прочнее связь, тем больней, когда она рвется”, – с тоской подумала Долл, – “Если ты ни к кому не привязан... Так проще”.

– Означает ли отсутствие законов то, что мы можем безнаказанно убивать, находясь в стенах этого клуба? – спросила Долл.

– Да, но... У этого тоже много аспектов, – сказала Беатрикс, – И такие случаи – большая редкость. Мы ценим свою анонимность в современном мире...

– Хотя, после “сумерек” и прочего бреда на тему вампиров, это стало делать труднее, – с улыбкой добавила Долл, – Бессмертные мерещатся людям буквально на каждом шагу.

– К нашему счастью, в фильмах и книгах нет и половины всей правды, – Тамерлан задумчиво отхлебнул из стакана с коньяком, – Некоторые подходили очень близко к нашим главным тайнам... но всегда лишь топтались на границе, не видя самого главного...

Вампиресса напряглась, но постаралась спрятать беспокойство за беспечной (и в меру очаровательной) улыбкой. Она слишком многого не знала о себе и себе подобных. И раз уж сейчас предоставляется такая возможность – выяснить что-то интересное, не рискую и не вызывая подозрений... Почему бы ей и не воспользоваться.

– И чего же именно?

– Нашей сути. Вампиров всегда изображают, как непонятых героев, ожесточившихся от какой-нибудь ужасающей травмы. Люди не понимают, что мы не добры и не жестоки. Мы просто такие, какие есть. Делаем то, что необходимо для выживания, но без стыда, получая удовольствие от крови. Вампиры следую своей природе – только и всего...

Долл вздрогнула. Ее как раз таки можно было отнести к пострадавшим в прошлом. И лишь недавно она окончательно примирилась с своей сутью. Это было нелегко, болезненно, но это осознание того стоило. Хотя вампирессе и сейчас было нелегко – пусть она и не признавалась в этом... Трудно жить с разбитым сердцем, даже если ты могущественная бессмертная. Время лечит, но так медленно, что это скорее походит на пытку...