— В Ленинград мне не пробраться. Пойду тоже в Ораниенбаум. К маме. Пойдем вместе, я знаю безопасную дорогу...

В лесу было тихо, пахло прелым листом и грибами, пересвистывались беззаботные синицы. Невозможно было представить, что несколько часов назад поблизости рвались бомбы, ревели бомбардировщики и удары тяжелых снарядов заставляли вздрагивать землю.

Они прошли совсем немного, как вдруг старуха остановилась, начала шарить по карманам, потом всплеснула руками и запричитала:

— Ах я ворона! Видать, обронила паспорт в сторожке! Куда ж я без паспорта в этакое время! Подожди, батюшка, меня. Не уходи с этого места, а то я и промеж трех сосен заблужусь.

«Хочет отделаться от меня!» — решил мальчик.

Маскируясь в кустах, прячась меж деревьями, он неотступно» полз за старухой. Она вышла к сторожке, миновала ее и остановилась у дуплистого дуба. Какое-то время старуха стояла неподвижно, точно прислушиваясь к чему-то, потом быстро вытащила из-за пазухи бумагу и сунула ее в дупло...

Он достаточно прочел за свою недолгую жизнь разных приключенческих историй. В одной из книг тайником для шпионов служило дупло старой липы на заброшенном кладбище. Увидев сейчас, как тетя Уля опустила в дупло какую-то бумагу, Жора больше не сомневался: старуха и впрямь бормотала во сне немецкие слова.

...Она застала Жору на прежнем месте. Мальчик сидел на пеньке и задумчиво грыз травинку.

— Нашла, родненький, нашла, дай бог здоровья Советской власти, — затараторила старуха. — Обронила у порога, ворона старая...

Они вышли на дорогу, и в это время поблизости начали рваться снаряды. Жора подивился, с какой быстротой старуха скатилась в придорожную канаву. Он укрылся невдалеке и не спускал с нее глаз. Мальчишка не знал, что ему сейчас делать. Бежать к дубу? Но тогда он упустит старуху. Стеречь старуху, пока кончится обстрел? Но за это время бумага может попасть в руки фашистов.

— По шоссе нам идти нельзя! — крикнул Жора. — Ползите ко мне, пойдем другой дорогой! Только скорее!

Старуха на четвереньках, быстро перебирая руками и йогами, подползла к Жоре. Они вылезли из кювета, и Жора свернул с дороги в сторону Мартышкина. Теперь снаряды бухали где-то в стороне, старуха послушно семенила за Жорой, приговаривая на каждом шагу:

— Спасибо тебе... Без тебя погибла бы... Дай бог здоровья Советской власти...

Он вывел ее прямехонько к штабу дивизии. Часовой крикнул им, чтобы они убирались. Штатским в этом районе находиться не разрешалось. Старуха шарахнулась в сторону, но Жора вцепился в нее обеими руками и молча тянул к часовому.

— Пусти! — прошипела старуха. — Не положено здесь ходить!

Мальчишка так же молча продолжал тащить ее к штабу.

— Эй, парень! — закричал часовой. — Оглох, что ли? Мотай отсюда!

В это время из штаба вышел командир полка, тот самый, который вчера не захотел разговаривать с Жорой.

— Товарищ полковник! — закричал Жора. — Арестуйте ее скорее!

— Чего он вцепился, оглашенный?! — визжала старуха. — Видать, от страха ума лишился!

— Арестуйте ее скорее! Товарищ полковник! Сейчас я вам все расскажу!

— Рехнулся малый! Я же тетя Уля! Меня в Петергофе все знают! Дай бог здоровья Советской власти!

— Почему оказались в запретной зоне? — строго спросил полковник.

— Это он меня затащил сюда, сбил, старую, с дороги! Уж вы мне, батюшка, помогите, прикажите солдатику проводить убогую в безопасное место.

— Не отпускайте ее! — кричал Жора. — Она, когда спит, по-немецки разговаривает! И бумагу бросила в дупло!

Старуха трясущимися руками совала полковнику паспорт:

— Тетя Уля я! Из Петергофа! Врет он, окаянный! Глаза ему за это выколоть мало! Тупым ножом его! Чтобы ид мелкие кусочки!

До сих пор полковник сомневался: не напутал ли чего мальчишка? Этому народу всюду мерещатся шпионы и диверсанты. Уж очень не походила сухонькая старушонка на немецкого лазутчика. Но злобные слова ее не понравились полковнику.

— Вам, гражданка, о боге пора думать, а вы вон что говорите. Ступайте оба в штаб...

Жору допрашивал какой-то майор. Рядом с майором сидел полковник. Когда Жора кончил рассказывать, командир полка пообещал:

— Если слова твои подтвердятся, сегодня же будешь зачислен в разведку на все виды довольствия.

Жоре особенно понравилось выражение: «На все виды довольствия».

Спустя час у дуба был задержан немецкий шпион. На нем была форма офицера Красной Армии. В конверте оказалась схема расположения наших зенитных батарей.