Это нетрудно. Ерунда. Мне просто надо будет лечь, вот и все. Джентри, в отличие от людей, не подвержены венерическим заболеваниям. Забеременеть я не могу. Одна ночь, и я наконец расквитаюсь с этим наглым подонком Эзоном. Кстати, король прав. Я расплачусь и с Кийо. Кто знает? Может быть, секс с Дорианом заполнит ту саднящую, полную боли дыру, которую пробило во мне предательство Кийо.

— Наслаждаешься видом? — спросил Дориан, появившийся в этот момент.

Я стояла возле огромного венецианского окна и глядела на собственное отражение в темном стекле.

— Никогда не была здесь днем и ни разу не видела, какой пейзаж отсюда открывается.

— Вид чудесный. Утром убедишься.

Да, похоже, так оно и будет.

Дориан снял тяжелую мантию, налил бокал вина и растянулся на кровати, среди кучи подушек. Это движение вовсе не показалось мне приглашением к любви, скорее оно просто отражало степень его усталости. Он выглядел совершенно обычно, по–человечески.

— У тебя усталый вид. — Я прислонилась к столбику кровати, наблюдая за ним.

Он вздохнул.

— Развлекать восхищенных почитателей — тяжкий труд. Впрочем, ты, без всякого сомнения, сама можешь это подтвердить. Как тебе первый королевский прием? Расскажи, с кем ты говорила. Должно быть, для тебя этот вечер оказался более утомительным, чем для меня.

Я осторожно села на краешек кровати и подробно изложила события вечера, поделилась своими наблюдениями, в красочных подробностях расписала домогательства, которым подвергалась. Имена никак не приходили мне на ум, но Дориан, знающий всех гостей, легко определял, кем был тот или иной паразит. Он так сильно смеялся над моими мнениями и эпитетами, что я думала, потекут слезы.

Король изящно поднялся, скользнул по атласному покрывалу и присел рядом со мной.

— Ах ты бедное, бедное создание. Неудивительно, что ты за нами охотишься. Впрочем, учитывая свой собственный сегодняшний опыт негативного общения, могу заказать тебе несколько человек.

— Ты не должен так говорить.

Он покачал головой и опять рассмеялся.

— Вот поживи тут и еще не так заговоришь.

Его золотисто–зеленые глаза смотрели на меня, горя любовью и желанием. На мгновение я практически поверила в то, что Дориан хотел меня ради меня же самой, а не из–за моей человеческой природы, репродуктивных способностей или пророчества.

Он положил руку мне на затылок, поцеловал меня, и времени на расспросы больше не осталось. К этому моменту мы целовались уже довольно часто. Его губы были по–прежнему мягки, как шелк, осторожны, точны и сдержанны. Я уже привыкла к этому. Поцелуи Дориана разжигали меня от головы до пят, но неизбежный итог сегодняшней ночи маячил передо мной. Мои губы дрожали, но все еще целовали его в ответ.

«Я смогу это сделать. Ведь это же так просто?»

Дориан нежно опустил меня на кровать, не переставая целовать, лег сверху и накрыл меня своим телом. Его жар и тяжесть задели какие–то мои самые чувствительные струны, но часть сознания внезапно начала изнывать по Кийо и вспоминать все ужасы, связанные с джентри, которыми меня стращали всю жизнь. Дыхание участилось, но не от возбуждения.

«Нет, нет, — уговаривала я себя, старательно пытаясь расслабиться. — Это же Дориан. Мне нечего бояться».

Но я боялась. Все казалось мне неправильным. Я не могла позволить себе сделать это, хотя и знала, что нет причин отказываться. Теперь я связалась с джентри. У меня был титул. Я хотела научиться их магии, убить Эзона. Тем не менее глубоко внутри я отказывалась отдаться этому порыву. Дориан оторвался от меня и сел.

— Все так, как я и думал. На самом–то деле ты не хочешь этого, боишься меня.

Я приподнялась, опираясь на локти, сглотнула, попыталась выровнять дыхание.

— Разве ты не говорил, что хочешь, чтобы я боялась тебя?

— Да, но не так. Кроме того, ты еще не решила своих сердечных проблем.

Он встал с кровати, привычным движением налил очередной бокал вина, сделал глоток, подошел к окну и уставился в никуда в точности так, как и я раньше.

— Ты что делаешь?

— Уже говорил. Я не беру женщин, которые меня не хотят.

Король стоял спиной ко мне, но его голос по–прежнему звучал легко. Словно все это было лишь одной большой шуткой. Я подумала, не обиделся ли он. Совершенно не могла угадать его чувств.

— Погоди. — Я выкарабкалась из постели и схватила его за локоть, едва не расплескав вино. — Что ты такое говоришь? Клянусь, это не имеет значения. Я хочу, правда.

— Может быть. Ты смотришь на меня не так, как на своего кицунэ. Раньше я чувствовал твое желание, теперь же и след его простыл. Оно не может победить ту часть тебя, которая велит не подчиняться никому из блистающих.

— Давай мы проигнорируем часть.

Он рассмеялся и дотронулся до моей щеки.

— Я тебя обожаю. Ты это знаешь, да? Как я счастлив, что встретил тебя.