Мири пристально посмотрела на него, заметив украшенный пистолет на броском ремне и блеск серебристой нити в ткани мундира, а потом снова перевела взгляд на его лицо. Он продолжал ухмыляться, весело поблескивая глазами. Она ответно улыбнулась.

— Конечно, — ответила она. — Почему бы и нет?

Он помог ей встать и подал руку, чтобы увести на танцплощадку.

— Только будьте осторожны, — предостерег он ее. — К нашей площадке надо привыкнуть. Сила тяжести тут примерно шесть десятых от нормальной.

Она скосила на него глаза и ухмыльнулась:

— Думаю, что справлюсь.

Чарли крепко ухватил ее за руку и перевел через границу смены силы тяжести, чутко ловя приметы неуверенности. И когда она приспособилась к новой силе тяжести без малейшей запинки, мысленно выругал себя.

— Бывали в космосе? — спросил он, когда они заняли место и начали раскачиваться в такт музыке.

Она со смехом закружилась на месте.

— Не-а. Просто много танцевала.

— Правда? — спросил он, когда танец снова свел их вместе. — Но не на Лафките. Это — единственная танцплощадка с пониженной силой тяжести на всем нашем комочке грязи.

Она махнула рукой в сторону стола, за которым продолжали басовито гудеть черепахи.

— С такой командой нетрудно догадаться, что мы бываем в космосе.

Чарли улыбнулся, отказываясь принять ее вызов, и взял за руку, готовясь к следующей фигуре танца.

— Но они могли бы оказаться просто приезжими друзьями, правда? И вы и ваш… муж?… просто их развлекаете.

— Брат. — Она наклонила голову. — Вы ждали, чтобы он ушел?

— Ну конечно, — ответил он. — Поймите, это не значит, что я не считаю вас достаточно хорошенькой, чтобы сражаться на дуэли…

Она рассмеялась и, кружась, отошла от него, подчиняясь законам танца.

Вал Кон вернулся в зал через южную дверь и прошел мимо двух баров и стола с закусками — не торопясь, но и не задерживаясь. Пробиваясь сквозь толпу, он услышал низкий голос Точильщика — а потом внезапно увидел их столик.

Он замер на месте, почувствовав, как у него судорогой свело желудок, а потом машинально вздохнул и спокойно осмотрел зал, совершенно протрезвев. Поймав проблеск синевы в рисунке танца, он увидел, как маленькая бледная рука соединилась с большой смуглой, и неторопливо направился к краю площадки, чтобы дожидаться ее там.

Танец снова свел их вместе.

— Вы так и не сказали мне свое имя, — напомнил ей Чарли.

— Роберта. — Она приняла его руку, чтобы сделать полный оборот. — А мой брат — Дэнни. Если хотите узнать имена остальной компании, то надо идти туда, где можно удобно устроиться, потому что на это уйдет немало времени.

— Это не страшно. — Он заметил, что она вздрогнула, и нахмурился. — Что случилось?

— Ничего. — Она бросила ему улыбку. — Чуть было не упала.

— Как! И это — старый космический волк?

Она снова ухмыльнулась и, кружась, начала последнюю фигуру танца, снова бросив взгляд на своего напарника, который стоял у края танцплощадки, наблюдая за танцем с вежливым, отстраненным интересом.

Она завершила кружение, присела и выпрямилась, мысленно ругая себя за то, что поддалась чарам вина, музыки и грез. Ее рука в последний раз встретилась с рукой Чарли — и музыка смолкла.

Она улыбнулась и направилась к краю площадки.

— Спасибо. Это было здорово.

— Эй! А как насчет еще одного танца?

Он быстро догнал ее и потянулся за ее рукой.

Мири увернулась от его прикосновения, сделав вид, что это получилось случайно, и направилась прямо к неподвижной фигуре у края танцплощадки.

— Извините, Чарли, но меня ждет мой брат.

Она адресовала ему еще одну улыбку, надеясь, что он не заметит скрывающуюся под ней напряженность. А еще она надеялась, что он отойдет.

Он продолжал идти следом за ней.

— Ну, у вашего брата ведь нет причин откусить вам голову, правда? И потом, мне, наверное, надо перед ним извиниться за то, что я похитил у него сестру, стоило ему отвернуться.

Мири мысленно чертыхнулась. Они уже приближались к краю площадки, и там стоял мужчина с холодным замкнутым лицом…

Стиснув зубы, она сделала вид, что споткнулась и ухватилась за обе его руки. Он не пошатнулся под ее весом. Она сильнее сжала пальцы, сминая тонкое кружево манжет, и выдавила из себя тихий смешок.

— А вот и мой брат, так что мы оба можем перед ним извиниться, — сказала она Чарли, крепко дернув оба запястья, которые она держала, перед тем как их отпустить.

— Дэнни, это — Чарли Нараншек, — сказала она, пытаясь протолкнуть веселые слова сквозь ком застрявшего в горле страха. — Пока тебя не было, он пригласил меня потанцевать, и я согласилась. Извини. Мне следовало бы подумать, что ты встревожишься.