Он поклонился ей и протянул принесенную из комнаты коробочку.

— Я прошу прощения за нанесенную обиду.

— Я не обиделась.

Она взяла коробочку и осторожно подняла крышку.

Внутри сияло ожерелье из серебряной сетки с одним граненым камнем синего цвета и серебряное кольцо в форме невероятной змеи, крепко сжимающей в челюстях камень такого же цвета.

Она застыла, остолбенев, а потом глубоко вздохнула и заставила себя встретиться с ним взглядом.

— Спасибо. Я… — Она тряхнула головой и попробовала снова. — Палесси модасса.

Это была официальная фраза, выражавшая благодарность. Вал Кон улыбнулся.

— Не стоит благодарности, — ответил он, потому что ему показалось безопаснее придерживаться земного языка. Он слегка дотронулся до ожерелья указательным пальцем: — Можно мне?

Ее губы изогнулись в улыбке.

— Конечно, почему бы и нет?

Сначала она надела кольцо на левую руку, а потом подняла обе руки, чтобы поднять волосы с шеи.

Он надел на нее ожерелье с ловкостью, говорившей о прошлом опыте, а потом осторожно высвободил волосы Мири из ее рук и уложил их волной у нее на спине. Мири подавила волну возбуждения и сумела сохранить маску бесстрастности, когда Вал Кон встал рядом с ней и поклонился Точильщику.

— Я думаю, мы готовы праздновать, старший брат, — сказал Вал Кон. — Приятно ли будет тебе пойти с нами?

Чарли Нараншек сунул свой табельный пистолет в нарукавный карман мундира. Он всегда носил его там, хотя его работодатели в «Гроте» снабдили его большим и очень вычурным пистолетом, приказав носить на видном месте. Тут были затронуты его чувства. Заступая на работу в качестве вышибалы, Чарли чувствовал себя лучше, зная, что его дневное оружие находится при нем. На него нападала дрожь, стоило ему только представить себе, как он вытаскивает красивую штучку, пристегнутую к поясу, и пытается ею прицелиться.

Чувства, решил Чарли, захлопывая дверцу шкафчика, — это вещи важные. Это — ключи к внутреннему «я». Прислушиваться к собственным чувствам, действовать в соответствии с ними — это разумно.

Проходя мимо дежурной, он приветственно поднял руку.

— Вечер добрый, Пэт.

— Эй, Чарли! — Она поманила его к себе и повернула экран на вращающейся подставке так, чтобы ему стали видны яркие янтарные буквы. — Посмотри-ка на это, ладно? Может, выйдешь на них на своей второй работе.

Он хмуро прочел надпись: «Разыскиваются…»

— Четыре черепахи и два человека? Они что, спятили?

Пэт пожала плечами.

— Кто знает? А тебе не кажется, что черепахи были бы в восторге от «Грота»? От этой хитрой танцплощадки без гравитации?

Она подергала затянутыми в мундир плечами, пародируя танец, который мог бы быть в моде на какой-нибудь покрытой джунглями планете, где копья и каноэ все еще считаются довольно мощными штуками.

Чарли хмыкнул.

— Конечно. Только она не без гравитации, а с пониженной гравитацией. — Он снова посмотрел на экран и покачал головой. — Наблюдать, но не вступать в контакт. Сообщить о местопребывании в штаб-квартиру в Микеле… Вести наблюдение… Считать вооруженными и опасными?

Он посмотрел на Пэт, а та поморщилась и прикоснулась к клавиатуре. На экране развернулось описание внешности двух людей, входящих в группу.

— Мужчина: темные волосы, зеленые глаза, худощавый, рост примерно сто шестьдесят, возраст от восемнадцати до двадцати пяти. Женщина: рыжие волосы, серые глаза, худощавая, рост примерно сто пятьдесят, возраст от восемнадцати до двадцати пяти. — Он выпрямился и развернул экран в прежнее положение. — И они вооружены и опасны? Да при их росте нельзя даже взять оружие, не то что из него выстрелить. Вот черепахи — дело другое. Если такая на тебя наступит, будет больно.

Пэт рассмеялась и замахала на него рукой.

— Выметайся отсюда, совместитель чертов. Не знаю, чего я хотела от человека, который не может прожить на жалованье полисмена.

Он ухмыльнулся и направился к выходу.

— До встречи, Пэт. Постарайся не дать этим юнцам захватить полицейский участок в мое отсутствие, ладно?

— Угу. Только смотри, не танцуй с черепахами, старик.

Дверь закрылась, заглушив звук ее смеха. Чарли бросился к ближайшей остановке такси. Ему надо поторопиться, иначе он опоздает.

Помощник превзошел себя. Стая не только сидела в отдельной нише с прекрасным видом на музыкантов и знаменитую танцплощадку, но он к тому же — поскольку Стая все-таки была в гостях на территории людей — устроил так, чтобы четверо инопланетян ели свою пищу с помощью столовых приборов землян.

Точильщик по очереди извлекал приборы из служившей им ножнами салфетки, поворачивая во все стороны каждую вилку, нож и ложку и изумленно изучая их своими огромными глазищами.

— Что вы думаете, братья? — спросил он всех присутствующих, поднимая ложку повыше. — Это тоже нож? Тут есть что-то вроде лезвия…