– Засунь руку ко мне в карман, – сказал он.

Мэрилин посмотрела на него с удивлением.

– Левую руку в мой правый карман, – велел он.

Ей пришлось придвинуться к нему, чтобы дотянуться до его кармана, и ее лицо оказалось совсем близко от его лица. От мужчины пахло мылом. Мэрилин стала ощупывать его карман, и ее пальцы наткнулись на маленький цилиндр. Когда она его вытащила, оказалось, что это начатая упаковка клейкой ленты, примерно дюйм в диаметре. Серебряного цвета. Осталось, наверное, пять ярдов. Хоби отошел от нее.

– Обмотай пленкой запястья Шерил, – приказал он.

Мэрилин пошевелила бедрами, чтобы поправить платье, и он улыбнулся, глядя на нее. Взгляд Мэрилин заметался с пленки на Шерил, лежащую на полу.

– Переверни ее, – сказал Хоби.

Свет из окна отражался от блестящего пистолета. Мэрилин опустилась на колени рядом с Шерил. Потянула за одно плечо, потом за другое, пока не перевернула ее на живот.

– Соедини локти, – велел Хоби.

Мэрилин замерла, и он чуть-чуть приподнял пистолет, а затем и крюк, широко расставив руки и демонстрируя ей свое оружие. Шерил снова пошевелилась. Ее кровь собралась в лужицу на ковре. Мэрилин обеими руками соединила локти у нее за спиной.

– Еще ближе, – взглянув на результат, приказал Хоби.

Мэрилин отковырнула кончик пленки ногтем и несколько раз обернула руки Шерил сразу под локтями.

– Как можно плотнее. До самого верха, – руководил Хоби.

Она накручивала пленку, поднялась выше локтей, затем опустилась к запястьям. Шерил пошевелилась и попыталась высвободиться.

– Так, а теперь посади ее, – сказал Хоби.

Мэрилин с трудом усадила Шерил со связанными за спиной руками. Ее лицо было перепачкано кровью, нос распух и посинел. Губы тоже опухли.

– Заклей ей рот, – продолжал Хоби.

Мэрилин зубами оторвала кусок пленки примерно в шесть дюймов длиной. Шерил тем временем моргала и пыталась понять, что происходит. Мэрилин с несчастным видом пожала плечами, словно пыталась перед ней извиниться, а потом приклеила пленку к ее рту. Пленка была толстой, с плотными укрепляющими нитями внутри серебристой пластиковой оболочки, блестящей, но не скользкой из-за выпуклых поперечных полосок. Мэрилин провела по ним пальцами, чтобы пленка как следует прилипла. Из носа Шерил пошли пузыри, и в глазах появилась паника.

– Господи, она не может дышать! – закричала Мэрилин.

Она хотела сорвать пленку, но Хоби оттолкнул ее руку.

– Вы сломали ей нос, – сказала Мэрилин. – Она не может дышать.

Пистолет был нацелен прямо ей в голову. Всего в восемнадцати дюймах от нее. Рука, его державшая, не дрожала.

– Она умрет, – с трудом проговорила Мэрилин.

– Чертовски верно, – ответил Хоби.

Мэрилин в ужасе уставилась на него. Кровь с шипением пузырилась вокруг разбитого носа Шерил, глаза были широко раскрыты от страха, грудь тяжело вздымалась. Хоби не сводил глаз с лица Мэрилин.

– Ты хочешь, чтобы я был хорошим? – спросил он.

Она усиленно закивала.

– А ты будешь хорошей?

Мэрилин посмотрела на подругу. У той конвульсивно вздымалась грудь, требуя воздуха, которого не было. Голова раскачивалась из стороны в сторону. Хоби наклонился и приставил крюк к пленке на губах Шерил, отчаянно мотавшей головой. Затем он воткнул острие крюка в серебристую ткань. Шерил замерла, а Хоби пошевелил рукой слева направо, вверх и вниз. Снова вытащил крюк. В пленке появилась дыра с неровными краями, в которую начал поступать воздух. Пленка прилипала к губам Шерил, потом надувалась, когда она изо всех сил старалась набрать в легкие воздуха.

– Я был хорошим. Теперь ты моя должница, – сказал Хоби.

Шерил с трудом вдыхала воздух сквозь дыру в пленке. Она сосредоточилась на этом процессе и, прищурившись, смотрела вниз, словно хотела убедиться, что воздух действительно поступает. Мэрилин, похолодев от ужаса, сидела на коленях и смотрела на нее.

– Помоги мне довести ее до машины, – сказал Хоби.

Честер Стоун остался один в ванной офиса на восемьдесят восьмом этаже. Тони заставил его туда войти. Без применения физической силы. Он просто стоял и молча указывал, и Стоун поспешил пробежать по ковру в майке и трусах, черных носках и начищенных ботинках. Потом Тони опустил руку, сказал, чтобы Стоун оставался в ванной, и закрыл за ним дверь. Со стороны офиса раздавались какие-то приглушенные звуки, а через несколько минут все ушли – было слышно, как захлопнулись двери и загудел лифт. Потом стало тихо и темно.

Стоун сидел на полу ванной, опираясь спиной о серую кафельную плитку, и смотрел в тишину. Он знал, что дверь ванны не заперта. Когда дверь закрылась, он не услышал щелчка замка. Ему было холодно. Холод от плиток пробирался сквозь тонкую ткань трусов. Стоун начал дрожать. Ему хотелось есть и пить.

Он внимательно прислушался. Ничего. Стоун поднялся на ноги и подошел к раковине. Повернул ручку крана и прислушался к шуму бегущей воды. Ничего. Он наклонил голову и стал пить. Зубы коснулись металлической поверхности крана, и Стоун ощутил вкус хлорированной городской воды. Он задержал воду во рту, чтобы увлажнить сухой язык. Потом проглотил воду и выключил кран.