— Скажешь тоже! — Денис надул губы и отвернулся.

Арилье коснулся его плеча.

— Я только выразил общее мнение, Денис.

— Стало быть, об этом уже и сплетничают?

— Что значит — «сплетничают»?

Для эльфов, как успел узнать Денис, подобного понятия не существовало. Любой эльф, обзаведясь хотя бы крупицей сведений о ком-либо или о чем-либо, спешил поделиться этим с остальными. Это не считалось чем-то зазорным.

— Это значит, — терпеливо пояснил Денис, — что вы болтаете у меня за спиной о самом моем сокровенном. Хорошо, согласен: пусть это примитивные чувства какого-то там простого парня, но это мои чувства, понимаешь? Они, может быть, для меня жуть как важны, понимаешь ты?

Денис накалялся, пока говорил, и вдруг с ужасом понял, что растерял почти всю ту чудесную тишину, которая заполняла его в лесу. Мысленно он тотчас же дал две великие клятвы: во-первых, любой ценой сохранить остатки этой тишины, и, во-вторых, непременно вернуться в лес и снова вернуть себе глубинный, мудрый покой, который только здесь и можно обрести.

Арилье улыбнулся.

— Если мы с ребятами и говорили о тебе и твоей любви к безымянной эльфийке, то только по-доброму. Нет ничего дурного в том, что друзья о тебе заботятся, поверь.

— Угу, — пробурчал Денис, верный клятве номер один.

Внезапно Арилье насторожился, и настроение друга мгновенно передалось Денису: оказывается, за эти несколько часов в Денисе развилась почти эльфийская чуткость. Ну, ему во всяком случае хотелось бы так о себе думать.

— Здесь есть кто-то еще, — прошептал Арилье.

Очень, очень осторожно они двинулись вперед, по течению ручейка. Неожиданно Дениса осенило: этот ручеек — исток той самой речки, которая бежит через замок и питает фонтаны чудесного сада.

Он не успел высказать вслух свою догадку, потому что Арилье поднял руку, призывая к молчанию, и остановился. «Я и вправду стал почти как эльф, — подумал Денис. — Угадываю все его намерения прежде, чем он дает о них понять».

Неожиданно знакомый голос громко произнес:

— Ну, хватит прятаться по кустам. Вам известно, что я здесь, и мне о вас тоже давно известно. Вы уже с полчаса болтаетесь вокруг одной и той же кочки, не знаю уж, с какой такой целью.

— Госпожа Махонне! — воскликнул Денис с нескрываемым облегчением.

— Ну что, любезный ученик, — приветствовала его Махонне, поднимаясь с земли (она словно бы выросла из мха, как могло бы показаться неискушенному зрителю), — кажется, вы пришли вовремя. Мне нужно оттащить в сторону довольно увесистый камень.

— А нельзя как-нибудь обойтись без тяжелых физических работ? — поморщился Арилье.

— А ты, бабочка-однодневка, молчи! — отрезала Махонне. — Как бы ты ни был стар на пересчет человеческих лет, интеллект у тебя не выше стрекозиного.

— Стрекозы — умные создания, — возразил Арилье, нимало не задетый ворчанием женщины-ученого.

— Да уж, поумнее эльфа, — хмыкнула она.

— В таком случае, займусь своим непосредственным делом — сбором нектара с цветочков, — а более развитые и интеллектуальные особи пусть двигают камни, — сказал Арилье, изображая глубокую обиду.

Денис безропотно откатил в сторону здоровенный булыжник. Обнажилось речное дно, вода хлынула с веселым журчанием и затопила траву на бережку. Смыло двух муравьев и бесчисленное число разных былинок. «Но это все равно имеет смысл, — подумал Денис. — Даже наше вмешательство в естественный ход событий не лишен каких-то таинственных оснований».

Махонне покачала головой в знак того, что результат приложенных усилий ее разочаровал, затем уставилась на Дениса.

— Да будет тебе известно, — произнесла она с таким видом, будто продолжала читать лекцию, прерванную неким досадным обстоятельством, — что в былые времена здесь имелось некое поселение. Жили в нем преимущественно эльфы и те из людей, которые посвятили свою жизнь искусству. Некоторые письменные источники — к примеру, «Хроники Ингильвар», — утверждают, будто здесь селились не то сами Мастера, не то ближайшие их ученики… Хотя, возможно, толкователи несколько ошибочно понимают древние тексты, — здесь ведь никогда и ни в чем нельзя быть уверенным, — и следует понимать как раз обратное: в этой деревне никогда не селились ни эльфы, ни Мастера, ни ближайшие их ученики. Тебе об этом что-то известно?

— Ничего, — признался Денис. — Да и откуда бы?

А про себя подумал.

«Возможно, и она, моя безымянная, приходит сюда в поисках ответа на свои вопросы… В поисках спасения. И меня привела. А я стою тут как дурак и понятия не имею, о чем вообще идет речь».

Арилье, с самым беспечным видом сидевший на камне чуть поодаль от собеседников, повернул голову и как бы между прочим проговорил:

— Если верить хроникам, именно из этой деревни Ингильвар и отправилась в замок, когда настала пора ее свадьбы.